Мы в Google+

22 мая 2011 г.

Остановить одичание

Наталия НарочницкаяНаталия Алексеевна Нарочницкая (23 декабря 1948, Москва) — российский политический деятель, историк и политолог. Доктор исторических наук. Специалист по США, Германии и общим проблемам и тенденциям международных отношений. Старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук. Депутат Государственной думы России четвёртого созыва в 2003–2007 годах. С 2009 года член Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.

Википедия

Из интервью, опубликованного на сайте pravtaganrog

По сравнению с 90-ми годами в стране гораздо меньший хаос, она управляема, правительство постоянно вмешивается в тяжелые проблемы и вытягивает тех, кто оказался у черты.

Но не меняется заложенная в 90-е гибельная структура. Люди мирились и с гораздо худшим положением в 90-е годы, по-видимому, надеясь на временность: «Перетерпим 10 лет тяжелых, а дальше как-то выстроится». Сейчас же они видят, какие огромные деньги обращаются в государстве, а они, работающие и нужные государству, обречены оставаться в так называемой «структурной бедности».

По-прежнему миллионы самоотверженно работающих людей запрограммированы самой структурой экономики влачить жалкое существование. И это при том, что экран ТВ без конца раздражает информацией, сколько миллиардеров у нас появилось, какие коттеджи строят чиновники на местах, каких поваров пригласили в новые недоступные никому рестораны в столице!

Это звучит издевательством, и, естественно, такое общее разочарование многократно усиливает недовольство, тревоги по поводу конкретных и частных проблем. Хотя сейчас и лучше, чем было в 90-е (никогда у нас не строили вот так за полгода дома всем погорельцам), все равно причины упадка не ликвидируются.

- Есть ли какие-то положительные процессы?

- В области внешней политики, безусловно, есть. Значительно по сравнению с 90-ми годами восстановлены честь и достоинство России на международном уровне, что позволяет нам больше концентрироваться на внутренних проблемах и, кстати, самим решать, какие должны быть цены на бензин.

Сейчас с нами больше считаются, хотя только когда дело доходит до наших непосредственных интересов. В мире, конечно, творят, что хотят, нам еще далеко до влияния СССР. Но вокруг нашей страны все же была, наконец, очерчена красная линия, дальше которой мы не отступаем. И за это нас стали больше уважать.

- А во внутренней жизни страны, в экономике есть положительные сдвиги?

- Экономика не может быть конкурентоспособной, покупательная способность населения не растет. Хотя все рапортуют, что инфляция ниже планов, цены на продовольствие не растут. Если нет покупательной способности, если люди не строят дома, не покупают мебель, не планируют свою жизнь, не развиваются, то некому и продавать, и нет стимула производству.

Поэтому на повестке дня именно структурные изменения. Пока этого не будет, и недовольство, и протестные настроения будут сохраняться, какие бы отдельные спасительные и масштабные акции правительство ни делало.

Обострение социальных отношений еще подпитывается и созерцанием чудовищного для 21-го века неравенства, несовместимого с постулатами демократии.

Демократия предполагает равенство возможностей. Конечно, в любом обществе есть и обездоленные, и уязвимые слои населения, но это ограниченный процент, который государство в силах поддерживать – калеки, погорельцы, вдовы, сироты, старики одинокие. Но у нас в упадке целые категории профессий, очень нужных государству. И в них трудятся миллионы людей на грани выживания. И перспективы изменения не видно, что и возмущает. Все подачки в виде индексаций (хотя без этого и нельзя) – проблемы даже отчасти не решают.

На повестке дня смелое вторжение в саму структуру экономики, и здесь я не вижу пока никаких позитивных изменений.

- Проблемы экономики и невостребованности целых общественных слоев – это самая существенная проблема сегодня?

- Ещё большая проблема – это одичание, деинтеллектуализация нации. Процесс деградации идет везде в западном мире. Ибо компьютерные формы обучения, которые все шире внедряют в школах, приводят к тому, что люди не читают книг. Нельзя стать интеллектуалом, не читая.

И любой учитель скажет, что только дети, которые рано научились читать, могут стать личностями с кругозором – то есть с той критической массой знаний, которая сама подобно ядерной реакции, побуждает дальше развиваться, узнавать новое, расширять знания, тем более стать носителями преемственной культуры – связующим звеном между всей сокровищницей культуры и современными ее проявлениями.

Аудио- и визуальная формы обучения весьма мало вовлекают в работу целые системы мозга. Не развивается критическое мышление! Это очень выгодно в любом обществе, потому что оглупление, превращение народа в толпу облегчает управление и манипуляцию сознанием, что является главным инструментом политики в информационном веке. В советское время мы были читающей нацией, и, по социологическим исследованиям, сознание у постсоветского человека пока более самостоятельное, чем у немца и американца, но надолго ли?

Мы и между строк в советских газетах все умели читать и анализировать. Какие беседы были! Я вспоминаю свои студенческие годы! Какие интересные, не пустые, а серьезные, пусть и наивные были у нас разговоры. Мы думали, мечтали о будущих делах, направлениях жизни, о профессии.

Сейчас же исключительно потребительские интересы.

- Потребительских интересов не должно быть?

- После длительного оскудения жизни для человека естественно стремление обрасти нормальным бытом, соответствующим стандартам своего времени. Поэтому не надо быть ханжами – мы не Диогены в бочках, в конце концов. Никогда человек, который сам в себя такую бочку загоняет, не поймет других людей. Но потребительская философия – это совсем не простой интерес к покупке новой и действительно необходимой стиральной машины, которую всем желаю иметь! Это отношение к жизни, как к источнику наслаждения. Вот что большая беда, которую у нас совершило телевидение.

Гедонистическое отношение к жизни стало сегодня на большинстве экранов проповедью – ежечасной, ежедневной. Раньше молодежи прививали «серьёзные интересы» (это вовсе не делало нас скучными), но сейчас, если мы потеряем новые поколения, то не вернём никогда уже науку.

- Такое отношение к жизни часто списывают на «тлетворное влияние Америки»…

- Но вообще-то Америку строили пуритане, священной обязанностью которых был труд, бережливость и буквально религиозное исполнение своего долга трудиться! Это потом их гордыня породила самодовольство, самоуверенность, отсутствие сомнений. А поначалу – труд, честный труд – был долгом протестанта. У нас ложное представление об американской молодежи. Американское студенчество, хоть и всегда с улыбкой до ушей – это одна из самых обремененных обязательствами категория граждан!

Студенты опутаны кредитами на образование, они поголовно подрабатывают по вечерам и в каникулы. Несданный экзамен – надо заплатить, шпаргалка на экзамене, не говоря уже о подложных курсовых и дипломных работах, приравнивается к воровству, и человек с волчьим билетом исключается из университета и никуда больше не может поступить.

Так что необходимо остановить одичание нации, которое связано и с деинтеллектулизацией, и с падением общей гуманитарной эрудиции – это катастрофа, страшнее экономической. Я не вижу здесь больших сдвигов.

Если мы ко всему ещё согласимся на новый образовательный стандарт, то это будет гибель для нашей страны. И без этого уровень среднего образования неуклонно во всем демократическом мире снижался с момента, когда среднее образование стало всеобщим и обязательными: ясно, что равняются все-таки на нижнюю планку. Иначе дети из необразованной среды не могли бы учиться вместе с детьми, которые с детства окружены книгами и интеллектуальными разговорами родителей.

Но то, что сейчас предлагают – это просто катастрофа. От «болонского процесса» академическое сообщество всей Европы стонет в ужасе. Мы презентовали наши книги в Испании, выступали в мадридском университете и потом на ужине делились впечатлениями. Коллеги из Мадрида говорили о близком конце фундаментального и национального образования.

К этому и ведет превращение образования из сложной системы воспитания культурного и интеллектуального ядра общества в «образовательную услугу», в преподавание скорее прикладных навыков, нежели фундаментальных основ. Зато выпускник со своим неполноценным дипломом – готовый винтик глобализации – может ездить по всему миру и искать себе применение как для переходника на слесарных трубах: «У вас там полтора дюйма или три четверти? А, – три восьмых? – Ну, идите сюда!».

Грядет одичание, наркотики, поножовщина, апатия или агрессия, еще большее огрубление нравов, мат. Все «дно», которое в фильмах выглядит как гротескная антиутопия, станет реальностью для значимого процента населения. Если мы хотим выжить, то на это надо обратить внимание, прежде всего. Духовное, нравственное, культурное состояние нации важнее, чем количество денег. В такой богатейшей стране всегда найдется из чего построить новые дома и заводы, а внутренняя деградация – это страшно!

Марксизм исчерпал себя. Нужно переосмысление, чтобы соединить христианское понимание мира и смысл жизни человека с его ответственностью за неравнодушие к бедам и несчастьям окружающего мира. Как? Научившись на всех этих чудовищных и дорого обошедшихся (прежде всего нам, русским) экспериментах.

Я не знаю, как это должно называться, но это должно быть, безусловно, социальное государство с христианскими отношением к жизни и к человеку, иначе мы не сможем совладать с теми вызовами, который грядущий век нам готовит: геополитика, климат, экономика, борьба за наши ресурсы, демография.

Новый «изм» должен иметь внутренний духовный стержень, именно такой социализм – веление времени, и он ничего не имеет общего ни с демонами индивидуализма, ни с бесами принудительного коллективизма.

Мне кажется, что общество и в Европе постепенно пробуждается к новому осмыслению тех идей и экспериментов, которые само над собой испробовало в 19-20 вв. Нет-нет, да встретишь все чаще мысль, которая выделяется по глубине поиска из традиционной либеральной идеологии. Но именно у России есть шанс первой соединить некогда разъединенные понятия – свободы и ответственности, справедливости, гармонии индивидуального и всеобщего. Эти уроки нам диктует сама жизнь.

…По какой бы французской деревне ни проезжать, там при очевидном скромном достатке жителей, такие же удобства в домиках и магазинчиках, быт того же века, что и в столице, разве что рано все спать ложатся, а еда в кафе ещё вкуснее чем в Париже.

В Америке везде одинаковый комфорт – быт, отопление, водопровод. У нас даже эти элементарные вещи ещё далеко не везде – 100 километров от Москвы и вбок 10 км – XIX век! Колонка, нет асфальта, старушки с вёдрами ковыляют, но в доме есть телевизор, показывающий роскошь, ограбление банков, перестрелки кланов в роскошных виллах…

Полная отделенность быта Москвы, Петербурга, Сочи от всей страны – это на деле очень тревожная диспропорция, подрывающая возможность гармоничной, подлинной модернизации. Эти анклавы, островки модернизации утрачивают связь и понимание с остальной страной и нацией, они противопоставлены стране, хотя в них сконцентрированы интеллектуальные, научные и прочие ресурсы. Это не основа для модернизации, хотя там о ней кричат более всего, остальной стране, газ бы провести!

Мегаполисы рождают особое неравенство – это раскол страны на две цивилизации, один такой раскол уже привел к революции. А непропорциональное развитие ведет к краху. Для подлинной модернизации надо полноценно развивать и выравнивать регионы. Задача не на пять лет…

 

Комментариев нет :

Отправить комментарий

LinkWithin

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...