Фашизм – неизбежный итог рыночной демократии

Максим Кантор

Политика последних лет заключается в одном – в желании отсрочить приход фашизма. Социалистический проект отменили, демократический провалился, никаких препятствий для наступления фашизма не осталось. Фашизм пытались локализовать – объявляли его наступление то в Ираке, то в Ливии, то на Украине. Дело не в том, какой из держав что именно на руку, – все, так или иначе, делали вид, что существует точка, где появился фашизм, и там с ним надо бороться.

Но фашизм наступит везде.

Предотвратить его не смогут. Фашизм придет на плечах либерализма, по причине алчности и компрадорства, спровоцированный безответственным рынком.

Неверно думать, что либерализм – оппозиция фашизму. Либерализм – это ступень к фашизму, точно так же как демократия – ступень к олигархии, а олигархия – ступень к автократии. В тот момент, когда демократию поставили в зависимость от рынка, дальнейшее было предрешено.

Демократия живет взаимными обязательствами и ограничениями, то есть социальным договором. Рынок живет без границ и только победами, не щадя никого. Когда возник гибрид «демократического глобального рынка», принцип демократического общественного договора умер. Появился класс олигархов, стоящих вне общества. Неолиберализм превратился в колониализм (вспомните: в XIX веке либералы были антиколониалистами). Население унизили и ограбили, объяснив грабеж демократическими принципами.

Отныне обман и грабеж связали с демократией, а отказаться от рынка как символа прогресса, доказать автономность от рынка демократия не смогла.

Превращение олигархата в автократию произошло закономерно. Оно не раз описывалось в античной литературе: безудержным воровством народ подготовили к тиранической справедливости. Дальнейшее развивалось по известному в истории сценарию. Управлять массами отныне будет голос крови.

Собственно, национализм есть последняя скрепа разобщенного, раздавленного рынком народа.

Первый постулат фашизма – национальная гордость

Национальная идентичность – это то, что рынок оставляет народу, то, что либерализм и колониализм не в силах отобрать. И национализм просыпается повсеместно, ставя равенство между собой и справедливостью. Требуется заплатить по счетам всем интернациональным доктринам, которые одурачили страну.

Национализм – идеология, к которой прибегают, разочаровавшись в прочих. Сначала национальную идеологию именуют патриотизмом. Граница между итальянским карбонарием, восстающим против Наполеона, и чернорубашечником Муссолини крайне условна. Эту границу пересекают по много раз в день: всякий чернорубашечник видит себя карбонарием, а всякий карбонарий, создав империю, становится чернорубашечником.

Второй постулат фашизма – единение народа с государством

Вслед за народной идеологией – национализмом – приходит понимание того, что народную идеологию следует защитить от внешнего врага. Отныне, не соглашаясь с политикой государства, ты будешь не согласен с народом, со всей нацией. Отныне государство – не аппарат чиновников, следящих за законом, но лидер народного сознания. Те, кто выступит против чиновного решения, станут пятой колонной и врагами самого народа. Единение воли миллионов людей с волей правителя – естественно: нация противостоит миру, нация – это военный лагерь, ей следует жить и в мирное время как на войне.

Третий постулат фашизма – традиция

Апеллировать будут только к былому величию. Фашизм – это всегда ретроспективная программа. Фашизм – это ретроимперия. Ничего нового фашизм не изобретает, пафос фашизма – в отмене прогресса. Так называемая консервативная революция готовилась в мире давно. Либерализм помогал ей всеми силами, растлевая население, нищетой и бесправием, готовя оправдание для консервативной революции.

Похоже, что сегодня консервативная революция победила повсеместно.

Четвертый постулат фашизма – неравенство

Фашистские государства – это армии, неравенство им свойственно. Но армейское неравенство фашизм получает уже готовым – от рынка. Само неравенство создал не фашизм. Неравенство уже было создано олигархией и рыночной демократией. То демократическое неравенство декорировали гражданскими свободами – его якобы можно было преодолеть.

В реальности бабка из Жулебина имела право на жизнь не больше мухи, а гипотетические возможности сравняться с менеджером «Газпрома» в привилегиях равнялись нулю. Но говорилось, что от голоса бабки зависит будущее, в том числе и «Газпрома».

Демократическая пропаганда более не действует. Но демократическое неравенство не отменят. Это неравенство просто закрепят конституционно, сделают легитимным и государственно оправданным. Повсеместно в той или иной форме произойдет отмена Юрьева дня и остальных пусть бумажных, но привилегий.

Фашизм – конституционное неравенство – воплощается в твердой имперской иерархии.

Пятый постулат фашизма – тотальность

Фашизм придет повсеместно, чистых стран не останется. Современная борьба российского государства с украинским национализмом или неолибералов с русским авторитаризмом на стороне авторитаризма американского не только нелепа, но и не соответствует задаче времени. Бороться следует с болезнью, а не с больным.

Впрочем, эпохе фашизма всегда свойственно обнаруживать болезнь в соседе. Ошибочно предполагать, будто консервативная революция победит в одной отдельно взятой стране.

Уже однажды так произошло – фашизм пришел обвально и повсеместно. На наших глазах этот массовый приход фашистской идеологии повторяется. США, Франция, Венгрия, Греция, Украина – каждая из стран разрабатывает свой инвариант фашизма, точь-в-точь как это и было прежде.

Однородного фашизма в истории нет. Поскольку фашизм – это ретроидеология, он опирается на традиции и культурные мифы своей страны, использует национальные ресурсы. Германский фашизм не был похож на итальянский или испанский; нет буквального сходства и сегодня. Но модель – общая. Многовариантным фашизм будет и сегодня.

О фашизме

Михаил Глизерин

«Фашисты будущего будут называть себя антифашистами».

У. Черчилль

Напряженность в мире нарастает, и все враждующие стороны называют противников фашистами. В таком хаосе мнений хотелось бы разобраться, что же такое фашизм на самом деле.

Предлагаю такое определение: фашизм – это широкое народное движение, направленное на объединение и освобождение от всевозможных угнетателей, и яро не признающее при этом никакого инакомыслия.

Это основа. Все остальные признаки фашизма – государственность, экстремизм, консерватизм, тоталитаризм, национализм – это уже следствия, а не коренные характеристики.

Фашизм часто путают с режимами диктаторского толка. Это совершенно неверно. Фашизм не насаждается сверху. Он рождается снизу, когда униженный, угнетенный народ начинает бороться за свою свободу и объединяется в этой борьбе. Именно в этой опоре на народ, в опоре на высокие идеалы скрыта огромная сила фашизма. Именно в этом состоит и его опасность, потому что фашизм невозможно победить, сменив диктатора и верхушку власти. Чтобы победить фашизм, нужно победить народ.

Слово фашизм происходит от латинского «связка», «пучок». По сути, оно обозначает объединение. Фашизм возникает, когда люди ощущают, что пока они разобщены, их безнаказанно грабят и притесняют. И потому они стремятся объединиться любой ценой. Так было, к примеру, в Германии, погруженной в экономический кризис и униженной поражением в первой мировой войне – потерей территорий, выплатой репараций.

Но если люди пока не способны объединиться в стремлении к смыслу жизни и добру, они вынуждены объединяться против кого-то. Им приходится делать из кого-то врага, возвеличивая при этом себя, противопоставляя себя другой группе людей, другой нации (в частном случае нацизма). Фашизм – это ошибочный ответ людей на призыв Природы к единству. Любовь к своему народу не должна приводить к ненависти к другим народам, к отрицанию их права на самоопределение.

Чем сильнее освободительный идеал, чем лучше и чище люди, сражающиеся за него, тем на большие преступления они готовы, чтобы утвердить свою правоту. Они не стесняются в средствах и полагают преступником или одураченным любого человека, который дерзает иметь собственное мнение, не укладывающееся в рамки их объединения.

Не нужно путать фашизм с патриотическим угаром. Борьба с внешним врагом это еще не фашизм. Фашизму, чтобы поддерживать единство народа, необходим внутренний враг. Это может быть кто угодно, не обязательно малые народы, какими были евреи и цыгане в Германии 30-х годов. Врагами могут оказаться олигархи, местная мафия, коммунисты, либералы, космополиты, сепаратисты, интеллигенты и т.д. Все вместе или по очереди.

Противоядием от фашизма является либерализм. Но проблема в том, что либерализм в наше время становится все более экономически несостоятельным. Мировая экономика не может быть одновременно глобальной и управляемой несогласованными действиями правительств разных стран. К тому же либералы часто перегибают палку, разрушая все традиции и отрицая народ как понятие. Это отвращает людей от либерализма и делает его слабым в борьбе с фашизмом.

Поэтому у человечества нет выхода, кроме как найти ту точку единства, в которой никто не будет ощущать себя ущемленным или униженным. У такого единства не будет врагов и потому оно приведет к миру, а не к войне.

Время истекает.

http://gdesmysl.livejournal.com/45989.html

Завтра для России может наступить вот-вот

Фашизм прикидывается, что его нет в общественном сознании, а либерализм – что он есть.

Владимир Пастухов, доктор политических наук, St.Antony College, Oxford

Мы напоминаем, что не всегда и не во всем согласны с авторами публикуемых материалов

Накануне олимпийского года Россия, похоже, сходит с дистанции. Не выдержав темпа технологической гонки, она свернула на обочину истории и, тяжело дыша, провожает недобрым, усталым взглядом тех, кто ушел на следующий круг. Уязвленная и освистанная трибунами бывшая политическая суперзвезда лелеет в своем сердце мечту об историческом реванше. Сняв ненужные больше модерновые кроссовки, она надевает боксерские перчатки и направляется в бойцовский клуб. Когда-то в нем уже тренировались сборные Германии, Италии и Испании.

И в самой России идеологическая борьба давно уже идет между фашизмом и либерализмом, причем линия фронта проходит приблизительно там же, где раньше с либерализмом воевал коммунизм. Но при этом почему-то считается, что у власти нет никакой идеологии, а фашизм – это некая абстрактная угроза, исходящая от маргиналов, которые, не дай Бог завтра Путин устанет быть президентом, придут к власти. К сожалению, бояться поздно: завтра для России может наступить вот-вот.

Двуликий кризис

Россия всегда сильно зависела от мировой экономической и политической конъюнктуры. Русские революции были эхом мировых катаклизмов. Но то, что для остального мира было просто очередным кризисом «переходного возраста», для России оборачивалось, как правило, фатальной катастрофой.

И большевистская революция, и горбачевская «перестройка» были реакцией на глобальные исторические тектонические сдвиги, вследствие которых Европа, да и мир в целом каждый раз становились другими. Но сама Россия не становилась другой: она исчезала, проваливалась в небытие, из которого потом возвращалась в неузнаваемом, изуродованном революцией виде, с грузом старых не решенных проблем, к которым добавлялись новые.

В результате у россиян сформировалась стойкая привычка: любые исторические перемены воспринимать апокалиптически.

Наше время не является в этом смысле исключением. События последних двадцати лет и, тем более, всё, что происходит в мире после 2008 года, воспринимаются в России только как непреодолимый перманентный кризис. Россия не верит в будущее Запада, продолжая возлагать, впрочем, некоторые надежды на Восток, который, по ее мнению, находится в лучшем положении.

Однако в действительности изменения, происходящие в мире, далеко не однозначны и не только угрожают человечеству, но и открывают перед ним новые горизонты.

Россия, занятая собой, проглядела очередной виток технологической революции, которая набирает обороты, в первую очередь на якобы «разлагающемся и умирающем» Западе, затрагивая частично, впрочем, и менее погруженный в себя сегодня, чем Россия, Восток. Эта революция развивается бешеными темпами, меняя представления человечества о возможном, взрывая привычные отношения людей между собой и с окружающим миром, заставляя отказываться от всех устоявшихся стереотипов мышления и поведения. Не исключено, что уже следующему поколению придется жить в мире, в котором мало что останется от нынешнего уклада жизни.

Незамеченная революция

Прорыв в области информационных технологий, который многими воспринимался как финал научно-технической революции, охватившей мир в последнюю четверть XX века, по всей видимости, оказался лишь стартом, вводным курсом в еще более грандиозную и универсальную революцию.

Достаточно просто перечислить некоторые стратегические направления, по которым в мире ведется технологическое наступление и к которым Россия сегодня практически не имеет никакого отношения:

• новейшие технологии серийного производства и воспроизводства объемных предметов любого уровня сложности, включая биологические объекты (так называемые «3D принтеры»);
• новые транспортные системы, включая пневмоэлектромагнитные дороги и авиационные комплексы, использующие прямоточные двигатели, позволяющие перемещаться по земле со скоростью до 1 тысячи километров в час, а в воздухе – со скоростью, в несколько раз превышающей скорость звука;
• развитие частной космонавтики с перспективой освоения природных ресурсов Луны и астероидов.

И это не говоря о таких «рутинных» направлениях, как развитие «зеленой энергетики», использование стволовых клеток в медицине или пресловутые «нанотехнологии». Тот, кто внимательно следит за жизнью современного западного общества, знает, что кризисом содержание этой жизни отнюдь не исчерпывается, и на периферии капиталистической экономики формируются проекты, от которых захватывает дух.

Окружающий Россию мир меняется на глазах, он не вписывается больше в старый формат человеческих отношений – этических, экономических, социальных, политических и даже идеологических, – вываливается из всех представлений человечества о привычном. Не мудрено, что эти отношения приходят в упадок, и, как всё дряхлеющее, отживающее свой век, разлагаются и становятся жертвой бесчисленных злоупотреблений:

• транснациональные корпорации превращаются в громоздких монстров (напоминающих советские министерства), не столько содействующих техническому прогрессу, сколько подавляющих его;
• мировая финансовая система становится насосом, обогащающим членов закрытого клуба международных спекулянтов;
• политические институты вырождаются в самодовлеющие бюрократические структуры, неспособные принимать давно назревшие решения из-за своей приверженности популизму;
• либеральная идеология вырождается в диктатуру политкорректности.

А простые люди, как правило, цепляются за все старое, как за спасательный круг.

Но всё это говорит не столько о гибели человечества, сколько о том, что оно созрело для социального переформатирования. Здесь всё как по Марксу: на смену устаревшим отношениям должны прийти новые, соответствующие изменившейся природе производительных сил. Старое общество похоже сегодня на спелый каштан, где сквозь кинжальную трещину в пожухлой, колючей кожуре проглядывает манящее и завораживающее тельце неведомой еще жизни. И нет никаких сомнений в том, что рано или поздно подгнивающая кожура полностью отвалится и новая жизнь засверкает во всем своем глянцевом великолепии. Но не для всех.

Цитадель и новый Священный союз

На бескрайних просторах России с нескрываемым пессимизмом глядят на родовые схватки человечества, в муках производящего на свет новый удивительный мир. Российские элиты ожидаемо оказались лишены романтического воображения, они видят страдания роженицы, но не слышат криков новорожденного. Российский консенсус (неудивительно) состоит в том, что Запад умирает. Эта грустная констатация объединяет самых непримиримых врагов – от черносотенцев до радикальных либералов. Наверное, так же 150 лет назад убежденность в том, что дни Запада сочтены, была единственной точкой соприкосновения для Герцена и Романовых. Проходят столетия, вспыхивают и гаснут в России гражданские войны, но русские по-прежнему едины в своей нелюбви к капитализму.

Но самым большим пессимистом в России, конечно, является Путин. Кто-то убедил его в том, что Америка с Европой дышат на ладан. Он находит на Западе только тлен и разложение и, видимо, полагает, что гибнущий Запад вот-вот готов потянуть за собой в историческую преисподнюю весь мир, включая Россию. А раз так, то главной, хотя и не декларируемой вслух, целью политики Кремля является попытка закрыться, загородиться от этого зла.

Россия опускает вокруг себя новый железный занавес, чтобы не допустить дальнейшего распространения разлагающего влияния Запада с его ненавистными Москве капитализмом, либерализмом и демократией. Она превращается в карикатурную, несуразную для первой четверти XXI века, какую-то абсолютно киношную, почти михалковскую цитадель. По всей видимости, Путин полагает пересидеть в этой крепости мировой кризис, который, по его мнению, должен смести «глупый Запад» с лица Земли, и на освободившемся пространстве водрузить гордое знамя пережившей всех «энергетической Империи».

По мере того, как росли цены на нефть, росла и мессианская амбиция России. Режим в Кремле теперь претендует на роль лидера нового Священного союза, объединяющего все архаичные, заскорузлые и людоедские режимы мира, всех, кто не вписался в новый исторический поворот, от Венесуэлы и Ирана до Сирии, Ливии и Северной Кореи. И уже по одному только составу потенциальных участников этого союза видно, как сильно изменилась Россия со времен окончания наполеоновских войн.

«Пакт Голливуда-Гитлера»: профессор Гарварда разоблачает киномагнатов

Бен Урванд, профессор истории Гарвардского университета, утверждает на основании обнаруженных им архивных документов, что подавляющее большинство кинокомпаний Голливуда, и, в том числе, такие известные как MGM, Paramount и 20th Century Fox, сотрудничали с нацистами – с целью сохранить немецкий рынок для сбыта своей продукции.

Это сотрудничество имело, согласно Урванду, самые разные формы: от редактирования сцен военных преступлений до инвестиций в оружейную промышленность Третьего рейха с целью обойти ограничения на вывоз валюты.

В своей новой книге под названием «Предательское сотрудничество: пакт Голливуда-Гитлера» (“The Collaboration: Hollywood's Pact with Hitler”) профессор утверждает, что директора киностудий Голливуда охотно допускали к переделке сценариев нацистских цензоров, и те вычеркивали все, что, по их мнению, было оскорбительно для немцев.

В интервью британской газете Тhe Guardian Урванд подчеркнул, что термин «сотрудничество» в данном контексте – не его определение, это слово регулярно использовали нацисты и деятели Голливуда для описания своих взаимоотношений.

Директор кинокомпании MGM, которая инвестировала средства в оружейную промышленность Германии, даже заявил в ходе пресс-конференции, что «весьма доволен» уровнем кооперации.

Урванд утверждает также, что производители фильмов были готовы продолжению сотрудничества с Гитлером в случае, если он выиграет войну – что представлялось им вполне возможным.

Главный упрек Урванда состоит в том, что «голливудские студии без всякого сопротивления подчинились требованиям нацистов в области цензуры. Они проявили чрезмерную покладистость и выдавали материал, который наилучшим образом подходил к национал-социалистической пропаганде. Согласно Урванду, они даже однажды помогли с финансированием немецкого вооружения». Всего в интересах нацистов был заблокирован выход по меньшей мере 20 картин, во многих были сделаны купюры, для чего в Лос-Анджелес даже приглашали нацистских цензоров.

Этот альянс между Третьим рейхом, с одной стороны, и MGM, Paramount, 20th-Century Fox с другой, продолжался вплоть до 1940 года, но и потом, уже наладив производство антинацистских картин, в Голливуде продолжали вырезать из сценариев все упоминания о еврейских беженцах – «ради их же блага», как утверждали главы киностудий.

Урванд, потомок выживших в Холокосте, особо подчеркивает, что решения о сотрудничестве с нацистами и отказе упоминать об их зверствах принимали американские евреи, заправлявшие кинобизнесом.

Он напоминает, что Джек Уорнер, совладелец студии Warner Brothers, лично отдал приказ изъять слово «еврей» из всех диалогов фильма «Жизнь Эмиля Золя», вышедшего на экраны в 1937 году. Эта же студия была первой, из тех, которые приглашали нацистских чиновников в Лос-Анджелес.

Урванд опубликовал в своей книге письмо сотрудника 20th Century Fox, написанное в январе 1938 года и адресованное Гитлеру. Он интересовался взглядами вождя на продукцию его компании и завершил это послание приветствием «Хайль Гитлер».

http://www.newsru.co.il/rest/30jun2013/urwand456.html

http://inopressa.ru/article/28Jun2013/welt/hitler.html

Человек, лишенный будущего, – не человек

Текст взят с сайта Линдона Ларуша и значительно сокращен. Мы напоминаем, что не всегда и не во всем согласны с авторами публикуемых материалов, но призываем, в любом случае, обращать внимание на факты.

Деннис Смолл

из выступления на телеконференции

Начинается разрушение трансатлантической финансовой системы, уже прямо затронувшее США и Европу, и если не уничтожить раковую опухоль спекулятивного капитала, она разрастется и съест всю экономику. Реальная экономика США и всего мира рассыплется, и мы придем к фашизму.

В период с 2008 по 2012 гг. в оборот запущено около четырех с половиной триллионов долларов для «количественного смягчения». Деньги были созданы в электронном виде, как это сегодня принято, чтобы кормить спекулятивную опухоль. В результате возник еще один спекулятивный пузырь, уже гиперинфляционный. Одновременно народам Европы и США навязаны зубодробительные меры экономии на всем – чтобы высвободить деньги для подпитки раковых клеток.

Заглядывая из 2013 года вперед, мы видим, что Британская империя и ее союзники на Уолл-стрит, в ФРС и в Европейском центральном банке, намерены и дальше наращивать денежную массу, печатать «фантики» в масштабах, когда гиперинфляционная финансовая опухоль разрастется с 4,5 до 11 триллионов в ближайшие два года.

В то же время проводится политика свертывания экономической активности и сокращения финансирования, в Европе и других регионах мира складывается ситуация, которую иначе как экономическими концентрационными лагерями не назовешь. Если не положить конец этому сейчас, то можно только гадать, что будет через пять лет. Если не остановиться, то «будущего» через пять лет просто не будет.

Решили и убили страну

Можно конкретнее. Лидер Португальской социалистической партии, бывший кандидат в президенты Мануэль Алегре (сегодня ему 76 лет), известный в стране поэт, недавно опубликовал статью, где пишет:

«Мы как те заключенные концлагеря, живущие в иллюзии, что их время не пришло, в очередь в газовые камеры выстраиваются другие. Свастик не видно, не кричат солдаты, а на въезде в страну пока не написано "труд делает свободным".

Не надо им оккупации и бомб. Они принимают решение и уничтожают страну. Вчера Кипр. Кипр – маленькая страна. И уже объявили, что то же сделают с Грецией. Пока на рукав не пришили метку, люди думают, что этой судьбы удастся избежать. Но я уже чувствую себя приговоренным. Я уже чувствую себя киприотом.

Проект "Европа" оказался надувательством. Это уже не идея мира и свободы. Она превращается в тоталитарную угрозу, ее цель – разорить и поработить страны Юга. Нам следует примерить одежки киприотов, пока не дошла наша очередь».

Мы уже не раз говорили, что речь идет о «кипрской модели». То есть по лекалам кипрского грабежа разорят не только остальную Европу, но и США, Канаду, Великобританию и другие страны.

Безработица среди молодежи

Безработица в возрастной группе 16-24 – маркер прогресса или упадка общества в целом. Когда у молодежи нет работы, это признак развития экономического фашизма. Почему? Потому что молодежь – это будущее. Если нет образования и нет работы, если у молодых людей нет уверенности, что у них есть будущее, ради которого имеет смысл развивать свои способности – моральные, интеллектуальные и физические – чтобы вносить свой вклад в лучшее будущее, значит, общество говорит им:

«Будущего для вас нет, и изменить его вы не можете, и от животных ничем не отличаетесь».

Людей от любых животных и от всех других живых существ отличает способность к творчеству, мы способны понять, формировать, изменять и творить свое будущее. И говоря человеку, что у него нет будущего, мы приравниваем его к животному. Это сказать молодежи: вы – стадо животных.

Безработная молодежь – питательный бульон для фашистских движений, не только потому, что безработица подталкивает к наркотикам, преступности и безумию, которое мы наблюдаем, убийствам и самоубийствам, и зарождению терроризма. Всё это так, на фоне мыслимых и немыслимых извращений.

Самое же главное: массовая безработица среди молодежи сознательно насаждает культурный пессимизм и философию «какое мне до всего дело», а это – основа для фашизма.

Уровень безработицы молодежи в 2003-2008 гг. был очень высок – около 20%. Но он был стабильным, лучше или хуже не становилось. Но начиная с 2008 года, после взрыва финансового кризиса на вахте Обамы, безработица молодежи резко пошла вверх и к 2013 г. почти удвоилась, от 20-25 до 50%, а где-то и выше.

В Греции в конце 2012 года безработица молодежи составила 55,3%. Рост на 150% по сравнению с 2008 годом. В Испании в конце 2012 года 53% молодежи не имело работы, рост на 116% за четыре года. И так далее.

В 2008 году лишь в горстке европейских стран безработица молодежи превышала 20%. Сегодня в 19 странах более 20% молодежи без работы, безработица разрастается как лесной пожар. Она вышла из-под контроля, потому что продолжают проводить прежнюю политику. Это признают сами политики, признает МВФ, они все признают, что это результаты проводимой политики. Так в чем дело: они настолько глупы, или это сознательная политика геноцида?

Да, это геноцид. Умом они не блещут, но эту политику проводят сознательно. Что за безработицей в 50-60%? Только газовые камеры. То есть, старая песня.

Не только Европа

За пределами Европы тоже есть места, где занимаются тем же. Назову несколько таких мест, где безработица молодежи выше 40%.

Одно из них называется… Калифорния. И еще. Это… Иллинойс. И еще Миссури, Северная Каролина, Невада, Род-Айленд. Везде реальная безработица молодежи около 40%. В Нью-Йорке, Мичигане, Индиане, Кентукки, Джорджии, Южной Каролине и Орегоне безработица молодежи на уровне 35-40%. И затем целый ряд штатов, где безработица молодежи выше 30%, 30-35%.

В 2008 году в США было только три штата, где было более 30% безработной молодежи: Калифорния, Мичиган и Род-Айленд. В первом квартале 2013 года, после четырех лет и трех месяцев «служения» Обамы, безработица молодежи свыше 30% зарегистрирована более чем в 30 штатах страны. Рост в десять раз. В шестидесяти процентах штатов страны более 30% молодежи не имеет работы.

Да, людей пока в вагонах для скота не перевозят, но в крупнейших штатах безработица среди молодежи составляет 30, 35, 40 процентов. И находятся люди, говорящие, что оздоровление экономики при Обаме проходит успешно.

Мы можем изменить будущее

Готфрид Лейбниц, «Рассуждении о метафизике» (1686):

«Наивысшая свобода … состоит в том, чтобы действовать совершеннейшим образом, согласно с высшим разумом (souveraine raison)… Смешно, сложа руки, ожидать, чтó сделает Бог, а следует действовать сообразно предполагаемой воле Бога, насколько мы можем судить о ней, стараясь изо всех наших сил способствовать общему благу и, в частности, украшая и совершенствуя то, что касается нас самих».

Я не настаиваю на теологическом толковании этого аргумента. Если вам не нравится «предполагаемая Божья воля», замените Бога на Благо. Поступайте во имя предполагаемого Блага. Смысл не изменится.

Человек – существо творческое, наделенное свободной волей. И мы можем изменить будущее. У нас есть моральные принципы.

Под угрозой сейчас всё, что есть лучшего в человеке. Хотя бы из чувства благодарности к великим европейцам, таким как Лейбниц, мы должны собраться, как наши деды во время Второй мировой войны, и остановить новый фашизм, угрожающий существованию народов всего мира.

Полный текст

Крах финансовой системы: Джеральд Селенте о реальном положении вещей

Чтобы понять, что сегодня происходит, давайте взглянем на события 1929 года в США и мире. Хронология событий была следующей. В 1929 произошел обвал биржевых рынков, затем наступила Великая депрессия, за ней последовали «валютные» и «торговые» войны и, наконец, Вторая мировая война. В 1931 г. Япония отказывается от золотого стандарта и обесценивает свою валюту на 60% по отношению к доллару и 40% по отношению к британскому фунту – яркий пример торговой войны.

Сегодня мы видим всё то же самое. В 2000 году произошел обвал доткомов (интернет-компаний). В 2008 году лопнул ипотечный «пузырь» и последовал финансовый кризис. А теперь во всем мире, не только в США, наступила очередная «Великая депрессия» (яркий тому пример Европа). Если говорить про США, то достаточно взглянуть на реальные показатели безработицы в стране, чтобы в этом убедиться. По данным «теневой» правительственной статистики (макроэкономические показатели, рассчитанные с применением методик расчета времен Великой депрессии) уровень безработицы – 22% (против официальных 7,5%).

После сегодняшней «Великой депрессии» следуют «валютные» войны. К слову, Япония уже начала девальвацию Йены для поддержки собственного экспорта.

Следуя заданной хронологии событий, дальше нас ждут «торговые» войны и война в прямом смысле этого слова.

Эпоха «коррупционизма» и «фашизма»

Сегодня многие жалуются на крушение системы капитализма. Но то, что происходит, это вовсе не обвал капитализма, это – тотальный «коррупционизм» – распространение коррупции на все сферы общественной жизни – СМИ, финансовый сектор и др. Повсюду мы наблюдает эффект «вращающихся дверей» (переход государственных служащих на работу в коммерческие структуры и наоборот). Вдобавок к этому мы живем в эпоху, так называемого, «фашизма», когда происходит полное слияние бизнеса и государства.

События на Кипре – первые предвестники надвигающейся беды

То, что произошло на Кипре, это не просто проблема отдельно взятой страны. Подобное уже случалось в США и может случиться снова ближайшем будущем. Снова возвращаясь в прошлое, вспомним, как в 1933 году правительство Рузвельта приняло чрезвычайный акт, объявляющий «банковские каникулы» по всей Америке (принудительное приостановление деятельности банков). А теперь вернемся в настоящее, в 2009 год, когда вице-президент США Джон Байден во всеуслышание произнес, что одним из основных вопросов, обсуждаемых вновь сформированным правительством Обамы, является вопрос «банковских каникул». То есть то, что произошло сегодня на Кипре, могло произойти в США еще в 2009 году, и сегодня может произойти в любой момент.

Система должна была рухнуть еще после кризиса 2008 года. Единственное, что до сих пор спасает ее от этого – это доселе невиданное вливание денег в экономики стран. Все делают это – США, Китай и Япония. Последняя в конце марта этого года объявила о планах по стимулированию собственной экономики, путем «закачивания» в нее 1,4 триллиона долларов США.

Манипуляции на рынках ценных бумаг и золота

Сегодняшний рост на рынке акций и облигаций – это результат масштабного манипулирования и мошенничества. Вспомните скандал со ставкой LIBOR – обман стоимостью 700 триллионов долларов США. А все эти бесконечные скандалы с инсайдерской информацией…

Рынок золота – еще одна жертва манипуляции. Цену на золото постоянно искусственно занижают тем, что выпускают на торговые площадки большое количество требований на продажу золота, так что цена вследствие избыточного предложения начинает падать.

Достаточно тяжело предсказать, когда система начнет рушиться, потому что мы не видим и не знаем многих вещей, которые творятся за закрытыми дверями. Взять всё тот же LIBOR, скандал с которым был как гром среди ясного неба.

Однако можно с уверенностью сказать, что крах всей финансовой системы неизбежен. Рано или поздно наступит момент, когда начнется тотальная девальвация национальных валют. Одним из таких моментов может стать момент, когда доллар США потеряет статус резервной валюты (а сегодня мы видим, что всё к этому и идет).

В ожидании Ренессанса

Будущее в руках людей. Движения, подобные итальянскому движению «Пяти звезд» (политическая партия Италии, основанная в 2009 г. и поддерживающая прямую демократию), помогут переломить ситуацию. Миру нужны не протестные движения, а новые формы организации людей, причем такие формы, в которых не будет правительств-посредников, представляющих интересы людей, люди сами будут бороться за свои интересы. Хороший пример такого общества – Швейцария, где непосредственно граждане наделены законодательной властью и имеют право голосовать по всем важным внутри- и внешнеполитическим вопросам.

http://mixednews.ru/archives/35242

Gerald Celente - "The Big Crash Happens When The USD Lose It's World Reserve Currency Status"

Замминистра связи России: задача журналиста – обогащать нанимателя

Заместитель министра связи и массовых коммуникаций Алексей Волин выступил на научно-практической конференции, которая прошла на журфаке МГУ, перед экспертами в области СМИ, в том числе преподавателями российских факультетов журналистики. Сказал, по сути, чистую правду. Приводим выдержки:

Журналист должен твердо помнить, что у него нет задачи сделать мир лучше, нести свет истинного учения, повести человечество правильной дорогой. Это всё – не бизнес. Задача журналиста – зарабатывать деньги для тех, кто его нанял. А сделать это можно, лишь став интересным зрителям, слушателям, читателям…

Возникает вопрос: решают ли при этом СМИ пропагандистские задачи? Конечно, решают – в меру понимания каждого владельца СМИ тех задач, которые стоят перед ним. И зачастую для владельца СМИ эта задача является доходным бизнесом в поддержку…

Для того чтобы пропаганда была эффективной, она должна идти по каналам, имеющим спрос аудитории, а значит, она все равно должна идти по коммерчески успешным каналам…

Если журналист декларирует себя, и показывает, и демонстрирует себя в качестве пропагандиста, то он плохой пропагандист, потому что пропаганда не должна быть явной – пропаганда должна быть скрытой, и только тогда она становится эффективной…

Нам четко надо учить студентов тому, что, выйдя за стены этой аудитории, они пойдут работать «на дядю». И «дядя» будет говорить им, чтó писать и что не писать. И как писать о тех или иных вещах. И «дядя» имеет на это право, потому что он им платит.

То, что я сказал, может нравиться, может не нравиться, но это объективная реальность, такова жизнь. И другой у нас не будет.

В интервью «Известиям» Волин пояснил свою точку зрения:

Мне очень хорошо заметна та ужасающая разница между тем, какой представляется журналистика и медиабизнес нашему академическому сообществу, и что там происходит на самом деле. Именно поэтому я посчитал важным в столь резкой форме обратить внимание на этот разрыв. И сделать это так, чтобы игнорировать проблему было больше невозможно… Тем, кто учит студентов, надо знать, что происходит в жизни…

К тому, что журналистика – это бизнес, меня привел весь мой опыт работы в журналистике. Он же говорит, что истинно независимое СМИ – это такое СМИ, которое коммерчески успешно. Если вы экономически не зависите от того, что вы профессионально делаете, то есть от своего бизнеса, то вы зависите от того, кто дает вам денег. А тот, кто платит, всегда имеет возможность заказывать музыку…

Я знаю, что есть коллеги, которые твердо уверены в том, что имеют право брать деньги и потом гадить на голову их дающему. С моей точки зрения, во-первых, это неэтично, а во-вторых, в такой ситуации рука дающего начинает очень быстро оскудевать…

Можно ли говорить о том, что владелец не должен и не может влиять на редакционную политику? Говорить, конечно, можно всё. Но он не может не влиять.

Российские политики, в силу местной специфики, всё чаще отходят даже от публичной, ни к чему не обязывающей декларации ценностей и говорят то, что на самом деле и так всем понятно. Этот отказ от традиционных «мантр» неслучаен. Обществу надоели красивые слова, и власти чувствуют это. Так начинается откат к миру, в котором нет никаких принципов, кроме наживы и борьбы за доминирование, к звериному миру, в котором верхи делят добычу и кидают низам объедки, даже не прикрываясь красивыми словами. Грядет фашизм в своей новой ипостаси: корпоративная власть и откровенный шовинизм на потребу нищающих масс.

Этот процесс начался не сегодня и не вчера, а еще во времена СССР, и был четко описан в середине прошлого века:

Та горстка коммунистов-идеалистов, которая стоит сегодня во главе руководства, не передаст свое управление в наследство другим идеалистам, так как постепенно возрастет эгоистическая сила народа, и он выберет высшее руководство в своем эгоистическом духе.

Тогда они вернут в строй капиталистическую систему… В одно прекрасное утро встанут со всех сторон молодые лагеря и сами умертвят стариков вместе со всем их хозяйством и наукой… Во втором поколении народ изберет не их, а руководителей эгоистических, как они сами, – и превратятся в фашизм…

Всё то время, пока общественное мнение при помощи уважения и презрения будет стоять на страже альтруизма, – воспитание продолжит нести пользу. Однако если придет время, и какой-нибудь опытный и удачливый оратор станет ежедневно вести речи, противоположные общественному мнению – он, несомненно, сможет изменить общественное мнение по своему желанию.

В истории уже имеется горький опыт того, как злодей превратил столь высокообразованный народ, каким являются немцы, в хищных зверей посредством своих ежедневных проповедей. Тогда лопнула и исчезла, как мыльный пузырь, вся их культура, насчитывающая несколько сот лет. А случилось это потому, что изменилось мнение общества, и культуре не на что стало опираться. Ведь культура не может существовать без поддержки общественного мнения…

Фашисты, в конечном итоге, являются прямым следствием демократии и социализма, оставшихся без религии и нравственности… Все народы равны в этом… Мыслители из среды демократов внимательно следят за тем, чтобы люди не развалили единовременно религию и нравственность, так как они знают, что тогда мир будет разрушен. Однако в той же мере они препятствуют становлению правительства большинства. Когда же большинство достаточно поумнеет, чтобы понять их, оно, конечно же, изберет других лидеров, наподобие Гитлера. Он поистине является ярким представителем, выражающим мнение количественного большинства любого общества.

Бааль Сулам, Труды о последнем поколении

Когда власть начинает говорить языком масс, когда ее риторика, прежде возносившая ценности, исподволь констатирует их банкротство, когда корыстные отношения между людьми возводятся в норму, когда народу искусно навязывают врагов, которые виноваты во всех бедах, когда ложь СМИ официально оправдывается «современными реалиями» и «интересами бизнеса» – жди беды.

Третья волна

О тотальном воздействии окружения на каждого из нас и о неправильном объединении

Третья волна – психологический эксперимент, проведенный учителем истории Роном Джонсом над учащимися американской средней школы. В начале апреля 1967 года Джонс потратил неделю занятий одного из классов школы Пало-Альто на попытку осмыслить поведение немецкого народа при репрессивном национал-социализме. Установив жесткие правила для школьников и став создателем молодежной группировки, он, к своему удивлению, не встретил сопротивления ни учащихся, ни взрослых.

Рассказывает Рон Джонс

Мы изучали нацистскую Германию, и в середине лекции меня перебили вопросом. Как могли жители Германии утверждать, что они не знали о массовых расправах над евреями? Как могли горожане, железнодорожные проводники, учителя, врачи притворяться, что ничего не знают о концентрационных лагерях и истреблении людей? Как могли соседи или даже друзья еврея говорить, что их не было рядом, когда это происходило?

Это был хороший вопрос. Я не знал на него ответа.

Поскольку до конца учебного года оставалось еще несколько месяцев, я решил потратить неделю на исследование.

Сила в дисциплине

В понедельник на лекции по истории я познакомил своих старшеклассников с одной из характерных сторон жизни нацистской Германии – с дисциплиной. Я прочел лекцию о красоте дисциплины. О том, что чувствует спортсмен, который усердно и регулярно тренировался, чтобы добиться успеха в каком-нибудь виде спорта. О том, как много работает балерина или художник, чтобы сделать совершенным каждое движение. О терпении ученого, увлеченного поиском научной идеи. Это и есть дисциплина – такая самотренировка, контроль над собой, сила воли, когда ценой преодоления реальных трудностей достигается улучшение умственных и физических возможностей, окончательная победа.

Чтобы испытать на себе силу дисциплины, я предложил – нет, я приказал классу поупражняться сидеть в другой позе. Я рассказал, как правильное положение тела при сидении помогает сосредоточиться и укрепляет волю. На самом деле я своим приказом ввел обязательную сидячую позу в своем классе. Надо было поставить ноги так, чтобы обе ступни полностью касались пола, а руки заложить за спину, чтобы выпрямить позвоночник. «Ну вот, разве вам не легче дышится? Вы более собранны. Ведь так вам лучше?»

Правильная посадка стала самым важным аспектом обучения. Я распускал класс, позволяя ученикам покинуть свои места, а затем резко приказывал им принять положение «смирно». В тренировках на скорость класс научился из положения стоя усаживаться в положение «смирно» за пятнадцать секунд. Мы проводили тренировки на бесшумность, когда разговоры разрешались только для того, чтобы показать, что они отвлекают внимание. Несколько минут потренировавшись выполнять все более сложные задания, класс смог без единого звука зайти из коридора в аудиторию и занять свои места, приняв положение «смирно». Этот маневр занял пять секунд.

Казалось странным, что ученики так быстро привыкли к этому единообразному кодексу поведения. Мне стало интересно, насколько далеко я могу зайти, оказывая на них давление. Чем была эта демонстрация послушания: временной игрой, в которую все мы играли, или чем-то другим? Было ли стремление к дисциплине и единообразию естественной потребностью, общественным инстинктом, который мы прячем, когда ходим в рестораны и смотрим телевизор?

За последние двадцать пять минут урока я ввел несколько новых правил. Когда прозвенит последний звонок, все ученики должны уже сидеть в аудитории в положении «смирно»; все ученики должны приносить карандаши и бумагу для конспектирования; задавая вопрос или отвечая, ученик должен стоять рядом со своей партой; любой вопрос или ответ должен начинаться со слов «мистер Джонс».

Мы провели короткие сеансы «самоподготовки». Ученики, отвечавшие медленно и вяло, получали замечания и должны были обязательно повторять свой ответ заново до тех пор, пока он не превращался в образец точности и уважительного отношения. Четкость и живость ответа стали важнее его держания. Чтобы подчеркнуть это, я требовал ответов, состоявших из двух-трех слов. Ученики получали похвалу за старание, с которым они давали вопросы и отвечали. Я благодарил их, если они говорили решительно и были внимательны.

Вскоре все ученики начали буквально засыпать меня вопросами и ответами. Уровень активности класса резко изменился: раньше в обсуждении принимали участие в основном только несколько человек, а теперь – весь класс. Еще более странным казалось постепенное повышение качества ответов. Все стали слушать с пристальным вниманием. Начали выступать новые люди. Ответы становились более подробными по мере того, как ученики, обычно не решавшиеся говорить, находили поддержку своим усилиям.

Что касается моего участия в этих упражнениях, то у меня возникали сплошные вопросы. Почему я раньше не подумал о такой методике? Казалось, что ученики полностью сосредоточились на заданиях и точно излагали факты и понятия. Казалось даже, что они задают более интересные вопросы и относятся друг к другу с большим сочувствием. Как это могло произойти?

Я ввел авторитарную обстановку обучения, и она оказалась очень плодотворной. Я начал размышлять уже не над тем, насколько далеко можно зайти с этим классом, а о том, насколько мне придется изменить свои основные представления о педагогике, поскольку я предпочитал свободную обстановку на уроке и максимальную самостоятельность в учебе. Куда ведет этот эксперимент?

Сила в общности

Во вторник, на второй день эксперимента, я вошел в класс и обнаружил, что все молча сидят в положении «смирно». Некоторые из учеников чувствовали себя раскованно и улыбались теми улыбками, которые должны доставить удовольствие преподавателю. Но большинство учеников смотрели прямо перед собой с искренним сосредоточенным выражением, мышцы шеи напряжены, никаких признаков улыбок, мыслей и даже вопросов, каждый нерв натянут для важного дела.

Чтобы разрядить напряжение, я подошел к доске и написал крупными буквами: «СИЛА В ДИСЦИПЛИНЕ». Ниже я записал второй закон: «СИЛА В ОБЩНОСТИ».

Я начал лекцию, скорее даже проповедь о ценности общности. Я рассказывал истории из собственного опыта, которые произошли со мной, когда я занимался спортом, работал тренером и преподавал историю. Это было просто. Общность – это связь между людьми, которые вместе работают и борются. Это когда соседи помогают друг другу при постройке дома; когда человек чувствует, что он – не одиночка, а часть чего-то большего, например участник движения, член команды, борец за общее дело.

Меня мучило множество вопросов. Почему ученики подчиняются власти, которую им навязываю? Почему они не удивляются или не сопротивляются этому «военному положению»? Когда и как всё это кончится?

Чтобы дать ученикам возможность пережить чувство общности, я потребовал чтобы они хором повторяли вслух: «Сила в дисциплине, сила в общности». Сначала я заставлял двух учеников встать и произнести наш девиз, затем к ним присоединялись еще двое, и так до тех пор, пока весь класс не начал скандировать стоя.

Это было интересно. Ученики начали поглядывать друг на друга и почувствовали силу, которую давала принадлежность к группе. Каждый ощущал свои способности, и все были равны между собой. Они делали общее дело.

Я почувствовал, что я тоже стал участником этого эксперимента. Мне нравилось единообразие действий учеников. Приятно было видеть, какое они получали удовлетворение и с каким увлечением хотели сделать еще больше. Мне становилось всё труднее и труднее не поддаться общему порыву и не отождествляться с классом. Я не только руководил группой, но и подчинялся ее диктату.

В конце лекции, без всякого предварительного обдумывания, я создал приветствие. Оно было предназначено только для учеников этого класса. Чтобы отдать салют, надо было поднять изогнутую правую руку к правому плечу. Я назвал это салютом Третьей волны, потому что кисть руки напоминала гребень набегающей волны.

Поскольку у нас появилось приветствие, я ввел правило, чтобы все ученики класса при встрече отдавали друг другу салют. Когда в конце урока прозвенел звонок, я попросил полной тишины. Под внимательными взглядами всех учеников я медленно поднял руку, согнул ее и отдал салют. Это был молчаливый знак признания. Их класс был чем-то особенным. Без моей команды весь класс отдал ответный салют.

США и Канада не против героизации нацизма

После голосования в рамках Генеральной Ассамблеи ООН по резолюции, осуждающей героизацию нацизма во всех его проявлениях, оказалось, что наш мир даже здесь не может прийти к единому мнению.

Проект резолюции был подготовлен российской делегацией в соавторстве с делегациями еще 42 государств мира. Документ содержит обеспокоенность тем, что в некоторых государствах Европы, которые всем хорошо известны и в дополнительном представлении явно не нуждаются, продолжает выражаться не только странная поддержка ветеранов СС, осуществляющих марши по улицам европейских городов, но и явное ущемление прав тех, кто в свое время ценой своего здоровья или жизни боролся в защиту мира от нацистской чумы. В резолюции осуждается возведение памятников нацистским преступникам.

Очевидно, речь идет, в том числе, и о возведенном в латышском городке Бауска памятнике латышским батальонам Ваффен-СС. Напомним, что при активной поддержке властей Бауски в сентябре 2012-го этот памятник был презентован широкой общественности. Сам памятник, как гласит надпись на латышском языке, посвящен событиям 1944 года, когда молодые латыши примкнули к немецко-фашистским подразделениям, чтобы противостоять «второй советской оккупации».

В резолюции Генассамблеи осуждается осквернение памятников борцам с нацистской угрозой, которая в 30-40-е годы прошлого столетия нависла над планетой.

Все пункты осуждения, казалось бы, очевидны, а потому можно было бы полагать, что государства, участвующие в заседании Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций единодушно резолюцию поддержат. Однако на деле всё вышло куда сложнее, чем можно было бы предположить.

Резолюция хотя и была принята, но вовсе не единогласно. Оказалось, что, как минимум, у 60 государств, которые имели право высказать свою позицию по этому вопросу, наличествует мнение, разнящееся со мнением 120 других стран, осудивших героизацию нацизма. Из этих 60 государств три страны мира проголосовали против резолюции, чем вызвали явное недоумение не только тех, кто эту резолюцию разрабатывал, но и тех, для кого само слово «нацизм» сопряжено с трагической историей.

Противниками принятия антинацистской резолюции выступили Маршалловы острова, Канада и Соединенные Штаты Америки. Не будем углубляться в подробности позиции представителей Маршалловых островов, тем более, что это государство с 60-тысячным населением ассоциировано с США, а обратимся к позиции других проголосовавших «против».

А ведь странная ситуация получается: американские представители буквально на всех углах трубят, что это именно США является главным государством мира, победившим во Второй мировой войне, но теперь, как оказывается, «победители» не видят ничего предосудительного в том, против чего воевали в 40-е годы прошлого века. Однако чтобы не вскрывать столь противоречивой позиции американцы и верные им до мозга костей северные соседи из Канады решили завуалировать свою позицию старыми сказками о правах человека и свободе слова. По мнению представителей этих североамериканских делегаций, осуждение героизации нацизма в современном мире как-то ущемляет свободу слова. Получается, что в США и Канаде готовы предоставлять площадки для тех лиц, которые пропагандируют идеи расовой и религиозной нетерпимости, исходя из избранности представителей отдельно взятой национальности. Если в этом и заключается соблюдение прав человека, то как же быть с правами тех людей, против которых направлены агрессивные нацистские выпады.

Прикрываясь очевидно надуманными идеями о свободе слова, Вашингтон и Оттава, по сути, втаптывают в грязь память миллионов жертв фашизма (нацизма) в годы Второй мировой. А если учесть, что и в США, и в Канаде проживают ветераны той войны, то власти указанных стран, плюют и на заслуги этих людей. Если свобода слова, по мнению американской и канадской делегаций при ГА ООН, такова, что можно без зазрения совести заявлять о своей причастности к нацистским преступлениям и поклоняться памятникам нацистским карателям, то становится понятно, куда могут скатиться эти государства в итоге.

Однако если американцы, канадцы и «маршальские островитяне» выразили свою явную точку зрения, то вот еще 57 государств ООН решили не говорить ни да, ни нет. Мол, мы как бы и выступаем «за», но в то же время оглядываемся на тех, кто стоит у нас за спиной. А о тех, кто стоит за спиной, речь шла выше. И речь эта вовсе не о Маршалловых островах…

С одной стороны удивляет, а с другой, ложится в общую канву позиция украинской делегации, решившей воздержаться при голосовании. Можно долго размышлять на тему того, как могло государство, на территории которого во времена Великой Отечественной народ перенес тяжелейшие испытания, столкнувшись с фашистской чумой, не поддержать резолюцию. Можно долго дискутировать по вопросу о том, как делегация страны, которая пережила Бабий Яр и поставленное идеологами нацизма на поток истребление коренного населения, могла уклониться от прямого ответа.

В эту же группу «сомневающихся» попали государства Евросоюза, а также Молдавия, Грузия и некоторые другие государства.

Ну, здесь тоже всё ясно. Не мог же Брюссель голосовать против своих «птенцов», которые пока надежно прикрыты его крылом, а потому имеют возможность хоть памятники эсэсовцам устанавливать, хоть посыпать улицы песком во время маршей ветеранов нацистских батальонов… А Грузия и Молдавия нацелены на евроинтеграцию, а потому и голосовали также, как «европейские братья».

Полный текст

Шокирующий прогноз Saxo Bank: Восточная Европа вернется к коммунизму, а южная – к фашизму

Протесты и радикализация общества - главная проблема Европы - она важнее долгов, бюджетных и банковских союзов. Избиратели уже начали поиск "альтернативных" кандидатов в крайне левом и крайне правом участках политического спектра. Единственное, что могут сделать "традиционные" политики, чтобы спасти Европу – признать и разделить убытки от банкротства "проблемных стран".

Главный экономист Saxo Bank Стин Якобсен – о самой важной проблеме Европы - политической радикализации населения.

Политики Европы наконец-то начали понимать, что социальная напряженность и протесты сплотившихся избирателей могут по степени важности оставить далеко позади не только реформы, но и потребности в финансировании. Обратите внимание на то, что на демонстрации по всей Европе выходят не только члены профсоюзов или государственные служащие. Протесты стали национальной проблемой для многих стран. Одно поколение молодых уже потеряно, что непременно отразится на показателях производительности, инноваций и мировоззрении.

Просто удивительно, насколько безразличными были политики к забастовкам на улицах Греции, Португалии и Испании. Но теперь, кажется, ситуация изменилась: Еврогруппа обдумывает возможность прямых трансферов для Греции.

Безработица среди молодежи в Европе дошла до катастрофического уровня:

У всего есть срок годности. Последняя "дата продажи" Европы близка - это завершение количественного смягчения. Продукт уже портится - мы видим принятие политики притворства, отсутствие отчетности для политиков, а также социальное принятие того факта, что бюджетная экономия и монетарная политика изменят фундаментальные показатели экономики.

Дальше нас ждет одно из двух.

Радикализация: фашизм и коммунизм?

Если политики проигнорируют потребность в переменах, то избиратели кинутся в крайности: к радикально левым, или радикально правым политическим течениям. Не исключаю, что мы включим в наши традиционные "шокирующие предсказания" на 2013 год возможность возврата к коммунизму в Восточной Европе и к авторитаризму в южных регионах.

Избиратели в Греции уже отдают свое предпочтение ультраправой партии "Золотой рассвет", а следующим премьер-министром Италии может стать профессиональный комик из "Движения пяти звезд". Да, я знаю – это смешно само по себе, но посмотрите на Беппе Грилло – именно так зовут этого политического комедианта.

В период кризиса люди стремятся к крайним точкам, а мы сейчас переживаем самый что ни на есть полномасштабный кризис: банковский, политический и социальный. Намного хуже уже не будет, потому что просто некуда, и это уже хорошо. Но социальная напряженность как политический фактор может повлечь самые значительные убытки.

Если же политики осознают необходимость в переменах, то их действия повлекут за собой серьезные финансовые последствия. Не забывайте, что любые действия, направленные на снижение социальной напряженности, означают, что правительства понесут убытки по гарантиям и кредитам, выданным Греции и другим странам.

В Германии эту новость воспримут без энтузиазма, поскольку "прощение" долга Греции на 50% приведет к убыткам на 17,5 млрд. евро – именно столько нужно немецкому правительству, чтобы сохранить сбалансированный бюджет в 2014 году! Ну-ка, г-жа Меркель, как вам это понравится?

Более того, если одна или две страны получат освобождение или поблажки по срокам реализации реформ или же по номинальным процентным ставкам, то МВФ, ЕЦБ и правительствам Европы – все – понесут реальные и крупные убытки. Некоторым придется выходить на рынок и привлекать финансирование под процент, превышающий тот, под который были выданы займы Греции и остальным нуждающимся.

Готовность принять убытки – это главный шаг для Европы. Мы уже социализировали долг и долговое бремя. Теперь нам нужно демократизировать убытки, чтобы спасти то, что осталось от Европы и, возможно, чтобы остановить политический экстремизм.

Безработица и социальная напряженность могут стать для политиков новыми приоритетами, однако, решение проблем дорого обойдется налогоплательщикам, в первую очередь на благоразумном севере Европы. Пришло время перемен? Сомневаюсь, однако, для того, чтобы возникла потребность в переменах как раз и нужен серьезный кризис.

http://www.finmarket.ru/z/nws/hotnews.asp?id=3137233

Фашистские тучи над Европой

Одна из первых робких попыток сказать правду о проблемах Евросоюза: подлинное объединение невозможно без интегрального воспитания масс.

Клаус Оффе, немецкий ученый, социолог, один из самых известных экспертов, занимающихся изучением общественного мнения:

Страны с различной производительностью и различной стоимостью труда, которая является решающей переменной, не могут иметь одну и ту же валюту, потому что проигравшие еще больше проиграют, а победители еще больше выиграют. Германия, Голландия, Финляндия, Люксембург и другие страны по своей природе имеют преимущества, а южные страны неизбежно относятся к числу проигравших.

Евро – это механизм, который благоприятствует немецкому экспорту, потому что другие страны-члены оказались беззащитными перед единой валютой. Они больше не могут делать то, что они делали в восьмидесятые и девяностые годы, прибегая к девальвации своих валют. Я никогда не мог понять, почему Испания и Италия с таким энтузиазмом приветствовали введение евро, хотя это фактически означало самоограничение их автономии.

Кризис резко проявил все ошибки. Ответ, с моральной точки зрения, заключается в том, что те государства, на стороне которых оказались наибольшие преимущества, должны компенсировать другие страны или взять на себя большую часть бремени по компенсации. Но с политической точки зрения это невозможно. Мы стоим перед классическим противоречием: то, что отныне сделалось абсолютно необходимым, более того, обязательным для стабилизации евро как с экономической, так и с моральной точек зрения, абсолютно невозможно с точки зрения внутренней политики.

Все без исключения политические партии Германии, а также других стран (Франция и Италия не являются исключением)  не смогли объяснить своим избирателям то, о чем я только что попытался рассказать: мы допустили ошибки, попробуем найти правильный путь для исправления этих ошибок. Партии несут ответственность, они должны были признать ошибки перед избирателями, но не хотят это сделать. Партии вступили на неправильный путь, они ограничиваются тем, что пытаются любой ценой сохранить власть. Отсутствие ясной политической линии и программы, идеологии, стандартов, определяющих, что правильно и корректно, заставляет их забыть о главной задаче, заключающейся в воспитании своих избирателей. Партии должны вести их за собой, быть лидерами в стратегическом видении хорошо организованного общества.

Демократия и парламентский режим несовместимы с тем, что приходится делать сейчас, чтобы противостоять сложившейся  ситуации. В каком-то смысле кризис разрушает ключевые элементы демократии, потому что  заставляет прибегать к мерам, которые общественное мнение не поддерживает. Партии не смогли сформировать общественное мнение по этому вопросу, и сейчас они стоят на распутье: или принимать правильные, но непопулярные меры, или делать то, что пользуется народной поддержкой. Но с политической точки зрения второй путь приведет в тупик.

Я все-таки верю, что в конце концов евро выживет, но антиевропейские настроения и крайние правые повсюду усилятся. Десять лет тому назад я писал, что идея единой Европы теряет поддержку, основы подрываются постепенно, а новых глубоких причин для сохранения ЕС не возникает. Этот порочный круг никто не может разорвать. Кошмарный сценарий, который я предвижу, заключается в возникновении авторитарной формы, подобной той, что существовала в тридцатые годы. Я называю ее австроклерикальным фашизмом в группе, по крайней мере, пяти стран: Австрии, Венгрии, Румынии, Болгарии и Греции. Существует традиция специфического авторитаризма в Юго-Восточной Европе. Европейский Союз должен его контролировать и оказывать ему сопротивление. Он действует сейчас в Румынии и Венгрии, был риск его укоренения в Австрии во времена Хайдера.

Для европейских демократов Европа всегда была цивилизующей силой, которая берет, поддерживает и осуществляет контроль над патологическими тенденциями, которые были в истории. Европа должна контролировать страсти и патологии различных стран-членов ЕС, в частности – Германии. Следовательно, нам нужны европейская власть, европейское правительство, что-то вроде Европейской федерации, которые и будут осуществлять такой контроль.

По политическим причинам в Европе идет оживленная историческая дискуссия в пользу этой беспристрастной власти. Сейчас у нас появился такой орган, но созданный при чрезвычайных обстоятельствах. Речь идет о ЕЦБ, наименее демократичном институте из всех деполитизированных институтов и политически неприемлемом внутри институционального устройства Европейского Союза. ЕЦБ с советом директоров в количестве 23 членов, среди которых 17 руководителей центральных банков еврозоны, будет иметь наибольшую власть в создании Европы. Но на взгляд демократической Европы, формируется глубоко антидемократический и технократический союз.

Полный текст

«Nubi fascistoidi sull'Europa»

Приложение

Из блога д-ра Михаэля Лайтмана

Вопрос: Из-за кризиса возникла угроза выхода из Евросоюза стран-банкротов. Чтобы не допустить этого, европейское руководство пытается поднять интеграцию на новый уровень и превратить Союз в федерацию. По сути, это означает отказ от национальной независимости отдельных государств-участников и потому встречается в штыки. Многие политики, и тем более, массы еще не понимают, что другого выхода, кроме объединения, просто нет.

Но здесь возникает еще одна проблема. Вполне возможно, что Европу пытаются объединить под своим контролем те самые элиты, которые, собственно, и погрузили ее в долги и бедность. Для них это – единственный способ сохранить власть. Члены Еврокомиссии – высшего органа исполнительной власти – не избираются, а назначаются. Еврофункционеры обладают большими полномочиями и при этом неподотчетны, в отличие от обычных политиков. Под их руководством помощь направляется банкам, а не людям.

Более того, совсем недавно был учрежден Европейский стабилизационный механизм – общий фонд, руководство которого, по задумке, должно стоять над всеми европейскими законами, ни перед кем не отчитываться, не подлежать суду и при этом иметь право требовать с государств взносы по своему усмотрению. Сегодня только Германия противится этому, однако сам механизм уже создан.

В создавшихся условиях, идут ли на благо Европе разговоры об объединении, ведущиеся на высшем уровне? Может быть, на самом деле это просто захват (передел) власти? Или, наоборот, лучше такое объединение – хотя бы в качестве первого шага?

Ответ: Нет, такое "объединение" приведет к большой драке – войне! Необходимо показывать, что практическое объединение должно начинаться только после интегрального воспитания европейцев – иначе будет еще бóльшая проблема, чем сейчас. Ведь и это "объединение" начали без предварительного воспитания – поэтому и проблема. Пока не будет излечен эгоизм, объединение будет всем во вред.

http://www.laitman.ru/crisis/90543.html

Греция: так возрождался фашизм?

Нео-нацистская партия "Золотая заря" набрала 7% голосов и прошла в греческий парламент. Ее председатель Николаос Михалолиакос созвал победную пресс-конференцию, на которой разразился угрозами в адрес "предателей родины".

Первым делом от журналистов потребовали встать при появлении новоявленного божка. Тех, кто отказался, удалили из зала. Далее последовала критика политических соперников, перемежаемая грозными и многозначительными намеками. Досталось прессе, которая, по мнению Михалолиакоса, пыталась вставлять палки в колеса его избирательной кампании. Досталось и "хунте спасателей", которым бонза пообещал достойное сопротивление как в стенах парламента, так и вне его.

"Мы не прекратим борьбу за освобождение Греции от международных спекулянтов. Мы за свободную и гордую Грецию. Мы за Грецию, не похожую на джунгли миллионов иммигрантов, которых привезли на нашу родину, не спрашивая нас. Восходит греческая золотая заря! Кто предал родину, тому пришло время бояться – мы идем".

Вот что происходит в стране, которая первой в Европе пала под напором экономического кризиса. Европейскую демократию, не подкрепленную подлинным единством, начинает разъедать фашизм. Его лозунги отчасти справедливы, его дальнейший путь вполне предсказуем. Единственное, что можно ему противопоставить, – это общие интересы, а не подачки сильных слабым.

Однако те, кто наживался на предкризисных пузырях, продолжают наживаться и сегодня, совершенно не понимая, что старые времена ушли безвозвратно, и нажива теперь будет стоить дороже, чем сотрудничество.

Рон Пол: США превращаются в «фашистскую систему» во главе с правительством и крупным бизнесом

Рон Пол предупредил, что США «превращаются в фашистскую систему», во главе которой стоят правительство и коммерческие компании.

Кандидат в президенты от Республиканской партии сделал такое смелое заявление во время проведения митинга в субботу, который привлек к себе внимание гостей проходивших неподалеку банкетов Республиканской партии.

Пол организовал свой митинг у национального музея Первой Мировой войны, утверждая, что США сбились с верного пути примерно 100 лет назад в эпоху президента Вудро Вильсона. 

Вильсон провел страну через Первую Мировую войну и потерпел неудачу в попытке сделать США членом Лиги наций, предшественницы ООН.

«Мы отошли от принципов настоящей республики, – заявил Пол. – И теперь мы движемся к формированию фашистской системы, которая представляет собой сочетание правительства, крупного бизнеса,  авторитарной формы правления и нарушения прав всех американских граждан».

Несколько представителей Республиканской партии покинули банкеты, чтобы принять участие в митинге Пола.

Среди них был Ральф Маньян (Ralph Munyan), член комитета собственного округа Канзас-Сити, который выразил свое согласие с предостережениями Пола относительно «фашистской системы», его обещаниями покончить с участием США в войнах на чужих территориях и высказываниями по поводу наркотиков.

«Его внешняя политика – это политика  мира», – добавил Маньян.

Пол неоднократно высказывал критику относительно недавно вступившего в силу закона, принятого с подачи президента Барака Обамы, который требует ареста военными органами любого гражданина, подозреваемого в связи с «Аль-Каидой» или вовлеченного в разработку плана нападения на США. Сам Обама заявил после подписания этого законодательного акта, что его администрация не позволит проводить задержание американских граждан без судебного постановления.

Полный текст

Ron Paul says U.S. is turning into a 'fascist system' dominated by government and businesses

Предупреждения Селенте на 2012 год

Джеральд Селенте указывает на продвигаемый в США закон о чрезвычайном положении. Селенте – один из немногих, кому действительно удается годами давать верные прогнозы. Так что возможно, к его словам стоит прислушаться.

Если вы следите за аналитиком тенденций Джеральдом Селенте, вы, вероятно, понимаете, что этот человек знает, что говорит. Почти два десятилетия Селенте и его Trends Journal предсказывал политические, финансовые, экономические и социальные тенденции с пугающей точностью.

В своем последнем интервью Селенте обсуждает различные темы: от Ирана и Европы до внутренней милитаризации и экономики США. Он предупреждает, что скоро самые наши наихудшие опасения станут явью.

Джеральд Селенте на радио Jeff Rense:

Закон о полномочиях при чрезвычайном положении принят Сенатом девяноста тремя голосами против семи. Я напоминаю об этом, потому что сейчас все части картины легли на свои места.

Экономика идет к краху. Будет хаос. Будут призывы к экономическому военному положению. Банки будут закрываться. Хаос будет крепнуть.

Этот закон только что был принят. Он обеспечивает контроль положения военными. В Америку пришел фашизм.

Я уверен (и это будет главным трендом 2012 года), что в новом году они нанесут сокрушительный удар по системе. Они высосут все деньги из простаков, которые потратят их на подарки к Рождеству и барахло, которое им не нужно. И после этого, после того как закончатся рождественские праздники, после этого начнутся банковские каникулы… некая форма, так или иначе, экономического военного положения.

Полный текст

Сенат США одобрил бессрочное заключение под стражей и пытки американцев

Celente Warns of 2012

Senate approves indefinite detention and torture of Americans

Либеральный «рыночный» фашизм становится неизбежным будущим

Максим Калашников

Новые варвары: западные и наши предчувствия

Вот уже несколько лет мне не дает покоя проблема нового варварства. Разрушение нормальной семейной жизни, замена родителей сначала телевизором, а затем – и компьютером, деградация системы образования – все это, вместе взятое, плодит сотни миллионов новых варваров на самом Западе. Белых дикарей, весьма своеобразных – маниакально-депрессивных особей, лишенных рационального мышления и необразованных. Думаю, что с неизбежным развитием глобального, системного кризиса капитализма эти рати «вторичных варваров» начнут разрушать Западную цивилизацию изнутри.

Угроза сия понемногу осознается некоторыми интеллектуалами бывшего Золотого миллиарда. Мы же видим ее давным-давно. Многие умники сказали: после распада СССР новая мировая война стала вопросом лишь времени. Но мы пойдем дальше: столь же неизбежным становится воцарение либерофашизма на Западе. Тридцать лет господства раскованного ультракапитализма закономерно привели к кризису либеральной демократии и к перспективе создания нового кастового общества.

И опять посвящаю сей текст тем ордам придурков, что 20 лет разломали Советский Союз. И еще – тридцатилетию прихода к власти в США Рональда Рейгана и отмороженных «рыночников».

Тридцатилетний тренд

Дадим слово Дэниэлу Гоулману. Психологу, автору книги «Эмоциональный интеллект», многолетнему автору газеты «Нью-Йорк Таймс».

«…В последние 100 лет средний коэффициент интеллекта американских детей устойчиво увеличивался, но уже три десятилетия мы наблюдаем серьезное падение основных социальных и эмоциональных навыков у детей – тех самых навыков, которые необходимы, чтобы стать эффективными сотрудниками, лидерами, родителями, супругами и членами общества…» – пишет исследователь (см. Джон Бронкман. «Интеллектуалы XXI века о современной науке» – Москва, АНФ, 2011 г, с. 255).

Как замечает исследователь, самые очевидные данные дают тридцатилетние исследования Томаса Ахенбаха из Вермонтского университета. В них участвовали более трех тысяч американских школьников в возрасте от семи до шестнадцати лет. Первый зондаж был сделан аж начале 1970-х, затем – в 1985-м, и, наконец, последний – в конце 1990-х. Результаты показывали угрожающее ухудшение социального здоровья.

Например, дети США середины 80-х по сравнению со своими сверстниками начала 70-х оказались «более замкнутыми, угрюмыми, несчастными, тревожными, подавленными, импульсивными, неспособными к концентрации (собранности), деликвентными (склонными к отклоняющимися формам поведения) и агрессивными». Сорок два показателя ухудшились, ни один не выказал улучшения. И хотя в конце 90-х картина вышла несколько лучше, но до показателей 70-х им еще далеко.

К сожалению, позже такие исследования не проводились. Но вряд ли они показали бы существенный прогресс.

Гоулман полагает: «…Считаю, что результаты могли ухудшиться во многом из-за экономических и технологических факторов. Ужесточение глобальной конкуренции означает, что в последние 20 лет (уход рабочих мест с Запада в Китай) родителям приходится больше работать, чтобы сохранить тот уровень жизни, который был доступен их родителям. Сегодня практически в каждой американской семье работают оба родителя; 50 лет назад обычно работал один родитель. Это не значит, что сегодня родители меньше любят своих детей, но они вынуждены уделять им меньше времени.

Родители все чаще переезжают (в поисках работы из-за деиндустриализации Запада и ухода реального сектора в Китай), и дети все реже живут в том же районе, где и члены их расширенной семьи. Детские сады или услуги няни могут быть прекрасным решением, особенно для детей из привилегированных семей. Но дети из менее обеспеченных семей часто вообще не получают внимания взрослых в течение дня.

А вот день ребенка из среднего класса расписан по минутам: танцы, уроки музыки, футбол. Ребенок переходит от одних занятий к другим – и этими занятиями всегда управляют взрослые. При этом у него почти не остается времени, когда он может поиграть самостоятельно, вместе с другими детьми, по собственным правилам. Когда же дело доходит до усвоения социальных и эмоциональных навыков, отсутствие свободного времени для общения с родителями, родственниками и другими детьми приводит к утрате тех самых занятий, которые традиционно способствовали естественной передаче этих навыков.

Кроме того, есть технологический фактор. Современные дети в развитых странах и все чаще в развивающихся странах проводят больше всего времени – за всю историю человечества – уставившись в монитор компьютера. Эти обстоятельства равносильны беспрецедентному спонтанному эксперименту по воспитанию детей. Эти дети вырастут и будут в совершенстве владеть компьютером, но вряд ли смогут приобрести те навыки, которые позволят им строить отношения с другими людьми.

Префронтально-лимбический нейронный контур, крайне важный для развития социальных и эмоциональных способностей человека, достигает анатомической зрелости позже всех остальных участков мозга. Это происходит только после 25 лет. До этого времени формируются основные способности ребенка – параллельно с развитием нейронов и установлением связи между ними.

Именно от опыта, полученного в детстве, зависит то, как формируются эти связи…»

Умственно-психические инвалиды

«Мы живем дольше, а думаем меньше».

Это говорит Эстер Дайсон, инновационный инвестор, редактор проекта «Release 1.0» компании CNET Networks и организатор ее ежегодной конференции PC Forum.

Дайсон называет страшную проблему общества – «умственный диабет». В детстве, рассуждает она, наше (старшее) поколение читало книги и играло ав обычные, а не интерактивные, игрушки. Поэтому нам приходилось самим придумывать истории, диалоги и роли для, например, кукол. Наши мозги работали самостоятельно, мы сами воображали. А сегодняшние дети втиснуты в информационно пресыщенную и ограниченную во времени среду. И она душит воображение ребенка, а не стимулирует его.

«Потребление огромного объема «готовой» информации – видео, аудио, образы, светящийся экран, говорящие игрушки, интерактивные игры – подобно питанию рафинированными продуктами и сластями. И это может нанести серьезный вред системе информационного метаболизма ребенка – его способности самостоятельно обрабатывать информацию. Сможет ли он различать причины и следствия, связно изложить историю, мыслить научно, прочитать книгу, посвященную одной теме, а не сборник эссе?»

Вопрос, как вы понимаете – чисто риторический. В нем уже содержится ответ. Перед нами, господа – особи низшей расы. Неважно, что перед нами англосаксы, немцы или славяне по крови и фамилиям. На самом деле, это уже «постиндустриальные недочеловеки».

Джульетто Кьеза: «До новой мировой войны несколько шагов»

Джульетто Кьеза: «До новой мировой войны несколько шагов»

25.05.2011

"Я описываю катастрофу, которая надвигается, она очевидна, и я в этом не виноват. Я говорю о том, что я вижу. А я вижу, что до новой мировой войны осталось несколько шагов".

Подробнее »

…Речь идет об очень большом кризисе. Большой – не то слово. Это беспрецедентный кризис в истории человечества. Я сказал бы, это кризис системный.

– Об этом вот уже два года не говорит только ленивый. А мир как стоял, так и стоит!

– А что если мы достигли предела? Фундаментальный источник нашего развития – энергия. Которая скоро закончится! Сначала нефть и газ, потом уран и уголь. Это один кризис. Другой – финансовый. Совокупность денег за последние 15 лет достигла такого уровня, что никто не в состоянии ими управлять. Финансовый сектор развития поглотил и затмил собой другой сектор, тот, который занимался производством. Мы производим деньги. Деньги ищут применения. А применять их уже негде. С этими деньгами ты ничего не можешь делать, кроме как губить природу. Но природа – это ограниченная структура. Земля круглая, но не бесконечная. Мы в течение двух последних веков жили в иллюзии, что можем развиваться вечно. И вот мы подходим к концу. К последней остановке. Потому что через пять лет кое-кто на этой планете станет лишним.

Возьмите Китай. Десять лет назад он фактически для нас не существовал. А сегодня Китай каждый год увеличивает свой ВВП на десять процентов. То есть через пять лет перед нами будет полтора Китая. Полторы Индии. Полторы Бразилии. Полторы Индонезии. И 9 миллиардов человек на Земле. А если все они – китайцы, индийцы, бразильцы, индонезийцы – начнут есть мясо, как мы с вами ели, и пить молоко, и иметь такие машины и квартиры, которые есть у нас? А на всех не хватит, потому что не будет ни энергии, ни цемента, ни продовольствия, ни воды. Мы уже находимся на пике производства нефти, последние пять лет добыча только уменьшается, причем стремительно. Потом постепенно иссякнет газ. Потом уран. Пресной воды не будет хватать на планете. То есть все ресурсы закончатся в течение максимум 25-40 лет. Это конец цивилизации. Люди думают, что это далеко, а я говорю: нет, все это будет происходить в течение этого поколения и следующего.

Если мы будем продолжать идти тем же путем, войны не избежать. Кто осмелится объяснить 500 миллионам европейцев или 300 миллионам американцев, что их уровень жизни должен резко упасть? Президент Америки не сможет – через три минуты его убьют. Госпожа Меркель? Берлускони? Саркози? Но в наших с вами размышлениях есть общая ошибка. Мы считаем, что люди, которые правят миром, думают, как мы. Это не так. Они другие, мутанты. Самым большим их искушением будет сила – для того чтобы захватить те ресурсы, которые еще останутся. Америка на сегодняшний день – самая вооруженная страна мира. Она будет воевать, чтобы сохранить свой уровень жизни. Так что самый вероятный сценарий будущего - это гигантская мировая война.

Я не хочу преувеличивать ситуацию. Мы идем к авторитарным решениям, это очевидно. Потому что если Европа будет продолжать идти по курсу Международного валютного фонда, участь Греции, Ирландии, Португалии настигнет всех - люди окажутся вдруг в ситуации, при которой потеряют практически все социальные привилегии, которые в послевоенный период осуществились в Европе. Таким образом, не останется другого варианта, чем популистский. Смотрите на ситуацию в Италии: у нас уже есть фашисты в правительстве. Пока они еще держат видимость сохранения демократических структур, но конституция наша под явным давлением. Анализируйте последние выборы в Финляндии: к власти пришли националисты. Ситуацию в Голландии, где выборы выиграла самая экстремистская и ксенофобская партия.

Старые структуры демократии были последствием определенной договоренности между народом и властью. Если эти договоренности сломаются, будет революционный исход. Левый – исключено, потому что люди уже достаточно оболванены и превратились в потребителей. Единственная логичная альтернатива – это популистская правая. Везде будет появляться какой-то вождь, глава, фюрер, дуче, который скажет: виноват сосед, эмигрант, надо установить жесткий порядок. Опыт имеется: в 1929 году тоже был кризис, и через десять лет началась Вторая мировая война. Мы находимся в ситуации намного хуже и намного драматичнее.

Полный текст