Мы в Google+
Показаны сообщения с ярлыком Евгений Ямбург. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Евгений Ямбург. Показать все сообщения

23 нояб. 2011 г.

Школа убийц и самоубийц

20 ноября 2011 г. 19:03

Евгений Ямбург, заслуженный учитель РФ, доктор педагогических наук, член-корреспондент РАО, директор Центра образования № 109
 
Отчего молодые так жестоки к другим и к себе?

Невротическое состояние общества и повсеместный рост агрессии, особенно среди молодых людей, направленный как вовне, так и на самого себя, не специфически отечественное явление. Массовые расстрелы в американских школах, недавняя трагедия в Норвегии — все это свидетельство общих цивилизационных проблем. Священники, культурологи, социологи, психологи и психиатры в состоянии дать свои объяснения эскалации насилия, накрывающего и относительно благополучные, и проблемные страны. Прямой зависимости роста агрессии от состояния экономики и развития политической системы как будто нет. Худо везде.

В самом общем виде причины происходящего выглядят следующим образом. Запредельный темп развития современной цивилизации разрушает целостность человеческой личности, подрывает ценностные этические основания. Цивилизация пошла в разнос, уничтожая те религиозные и нравственные скрепы, что культура вырабатывала веками: такие, как безусловная ценность человеческой жизни, понятие греха, необходимость самоограничения, потребность защищать достоинство каждого человека и т.д. Не сегодня это началось. Катастрофические срывы двадцатого века, с его ГУЛАГом и Холокостом, подорвали веру в человека. В пронзительной форме это мироощущение выразил поэт Владимир Соколов: 

Я устал от двадцатого века,
от его окровавленных рек,
и не надо мне прав человека,
я давно уже не человек.

Я давно уже ангел, наверно,
потому что печалью томим,
не прошу, чтоб меня легковерно,
от земли, что так выглядит скверно,
шестикрылый унес серафим.


Поскольку величайшие преступления двадцатого века совершались на идейной почве (фашизм — на национальной, сталинизм — на социальной), вместе с верой в человека оказалась подорвана вера в одухотворяющие и консолидирующие людей идеи. Поэтому вторая половина века прошла в атмосфере постмодернизма, исповедовавшего скептическое отношение к любым ценностям и святыням, к любому пафосу. Жить надо здесь и сейчас (на яркой стороне), не забивая себе голову коренными вопросами бытия. Бессмысленное и бесцельное существование, которое безуспешно пытаются скрасить с помощью культа потребления и развития рынка развлечений, неминуемо порождает глухую тоску и иррациональный страх. Между тем философы и психологи знают, что именно безотчетный страх лежит в основе любой коллективной истерии и эскалации насилия. Эти глубинные причины, в которых обычный человек не отдает себе отчета, действуют повсеместно. Однако успокаивать себя тем, что бесятся все: в богатых странах с жиру, а в проблемных — от безысходности, не следует. 

Понимание истоков всеобщей экзистенциальной тоски и нарастающей агрессии современного человека не должно уводить в сторону от собственных реалий. По количеству самоубийств мы на втором месте в мире, а по суициду среди подростков от 10 до 17 лет — на шестом. Мы на первом месте в Европе по количеству насильственных смертей, по тяжким депрессиям подростков, потреблению наркотиков, смерти на дорогах. Ждать, пока человечество совершит духовный и нравственный прорыв, — значит, уповать на чудо, полагаться на Божественный промысел. Такая позиция имеет право на существование. Но Богу и людям нужно помогать не только молитвой и проповедями смирения, но и используя весь арсенал знаний, накопленный комплексом наук о человеке. 

На мой взгляд, одной из причин участившихся драм молодых людей является расщепление личности. Еще одна трагедия. Не так давно из жизни ушел молодой человек 21 года от роду. Причина — несчастная любовь. Студент, мастер спорта, выпускник элитной спортивной школы, по психологическому складу он совершенно не походил на изнеженного романтического героя повести Гете “Страдания молодого Вертера”. Напротив, абсолютно не склонный к суициду молодой человек, всей тренерской педагогикой нацеленный на победы, а еще приученный к тому, что за любое сказанное слово надо держать ответ. Девушка постоянно упрекала его в отсутствии денег: “Что ты за мужик, если не можешь заработать?” А он возьми да и выдохни с досадой: “От твоих упреков можно повеситься!” “Да слабо тебе повеситься, ты же не мужик”, — прозвучал роковой ответ. В предсмертной записке, адресованной тренерам, парень объяснил причину своего шага и назвал место, где его искать. 

Здесь налицо явная манипуляция. Грубые формы психологического насилия присущи тоталитарным обществам и экстремистским организациям, при демократическом устройстве чаще прибегают к психологической манипуляции. Адресату такого воздействия приходится защищаться от расщепления своей личности, от изоляции одной ее части от всего контекста. Манипулятор всегда адресуется к одной ролевой позиции, изолируя ее от всего контекста личности. К примеру: “Докажи, что ты настоящий мужик” — провокация, действующая довольно эффективно при поднесении первого стакана водки подростку или, того хуже, при приглашении к групповому насилию. Не думаю, что виновница трагедии манипулировала своим парнем сознательно, она лишь автоматически использовала расхожее клише. Как она теперь будет с этим жить? Еще одна драма. 

В екатеринбургской истории обращает на себя внимание важная подробность: учитель сделал замечание подростку утром, а удар ножом в спину был нанесен через несколько часов. Следовательно, говорить о состоянии аффекта у ученика не приходится. Выясняется, что нападению предшествовал разговор с одноклассниками. 

— А слабо тебе ударить его ножом?
— Не слабо.
— Ну, если не ударишь, значит, ты лох (в переводе — пустое место).

А за базар надо отвечать. Он и ответил. 

Легче всего списать подобные эксцессы на юношеское недоразвитие личности и тлетворное влияние среды. Но в этой самой среде действуют вполне взрослые люди, вольно или невольно (по недомыслию или по злому умыслу) увеличивающие деструктивный потенциал, создающие взрывоопасное поле ненависти и агрессии. 

“Разве ты не патриот, не сын своего народа?” — срабатывает при подготовке погромных акций. Или из недавнего опыта: “Вы же советский человек?! Тогда подпишите обращение, донос и т.п.”. Еще ближе: “Голосуй сердцем”. При этом предполагается отключение мозгов. 

При желании эту линию можно продолжить. Все сходится: главная задача — сохранить целостность личности. Если адресат манипулятивной атаки не сделает этого, его струны души окажутся в руках манипулятора орудием для достижения поставленной цели. В равной степени это касается как личной, так и общественной жизни. 

Я много и трудно разговаривал с тренерами погибшего студента, людьми достойными и заслуженными, воспитавшими не одно поколение чемпионов. Вместе мы пришли к выводу об ущербности тренерской педагогики, направленной на достижение результата любой ценой, разжигании честолюбия подростков с опорой на брутальность (мужик сказал — мужик сделал). Но в спорте высших достижений иначе не подготовишь победителя. 

Беда в том, что сегодня мы все образование нацеливаем на подготовку лидеров. Девушка покончила с собой, не сдав ЕГЭ. Провал на экзамене — это что, вселенская катастрофа? Но ее невротизировали все: учителя, поскольку от результатов сдачи итогового экзамена зависит рейтинг школы и распределение стимулирующего фонда зарплаты, родители, искренне убежденные в том, что непоступление в вуз с первого раза — несмываемый позор. 

Чем выше духовность личности, тем меньше опасность стать игрушкой, инструментом, средством в чужих руках. 

Спор — дело фата (фат — франтоватый, самодовольный и пустой молодой человек, любящий покрасоваться; хлыщ, прохвост).
Обида — дело дураково.
Настоящий мужчина, когда обманут,
Уходит, не проронив ни слова.

 
Писано Декартом. Перевод сделан замечательным философом М.Мамардашвили, открыто заявившим, что если грузины выберут президентом Звиада Гамсахурдиа, он проклянет свой народ. Собирался лететь на родину к больной матери. Соотечественники не пустили его в самолет. Умер от инфаркта в накопителе аэропорта. История подтвердила справедливость его оценок. 

Таких на "слабо" не возьмешь.

http://www.mk.ru/social/article/2011/11/20/644856-shkola-ubiyts-i-samoubiyts.html

29 окт. 2010 г.

Бог один – провайдеры разные

Хотим научить школьников религии, а учим ненависти

Евгений Ямбург

Евгений Ямбург , директор центра образования №109 г.Москвы, заслуженный учитель РФ, доктор педагогических наук, член-корреспондент РАО Двойной крах (коммунистической утопии и советской империи) до крайности обострил проблему идентичности. Мы уже давно не “новая историческая общность людей — советский народ”. Вопрос: “кто мы и откуда, когда от всех тех лет остались пересуды, а нас на свете нет?” (Б.Пастернак) — породил стремление обратиться к своим национальным и религиозным корням. Стремление тем более понятное, что очень быстро выяснилось: ни один прикладной вопрос, будь то техническая модернизация или построение цивилизованного рынка, не может быть решен в условиях, когда разрушена шкала нравственных ценностей — “ценностей незыблемая скала” (О.Мандельштам).

Как показал опыт тысячелетий, ценности не могут быть удержаны, если они не опираются на святыни. ХХ век с его потоками пролившейся крови выявил кризис автономной безрелигиозной морали. Это серьезный аргумент в пользу знакомства вступающих в жизнь поколений с мировыми религиями. Но весь вопрос в том, кто и как это делает. Мы слишком часто путаем духовность и клерикализм, веру наших отцов и вражду наших отцов друг к другу. В нашей многонациональной и поликонфессиональной стране опасно не ощущать разницы между глубокими религиозными поисками мыслящих, совестливых людей и модой на религиозность, принимающей порой дикие, одиозные формы. Вот лишь несколько примеров.

В Москве появились школы с этнонациональным компонентом: корейские, армянские, татарские и другие, в том числе еврейские. Случай привел меня в последнюю, и там на доске объявлений я прочел приказ, запрещающий педагогам начальной школы изучать с малышами сказку “Три поросенка”. В силу некошерности ее персонажей. Я не удержался и заметил коллеге-директору, что таким приказом он загоняет себя и детей в культурное гетто. “Вы — не настоящий еврей”, — прозвучал холодный ответ. На том и расстались. А ведь я знал этого человека раньше как вполне вменяемого педагога без фанатического блеска в глазах.

В другой раз ненастоящий еврей попал в православную гимназию на семинар православных физиков (!). Главная идея семинара заключалась в том, что каждый урок физики должен приводить к идее бытия Божьего (вероятно, чтобы детей стошнило — как раньше от марксизма–ленинизма, применимого ко всем наукам). Когда в ходе семинара я процитировал библейское изречение “Не поминай Господа всуе”, мне живо напомнили о том, кто я по национальности.

И последний пример.

Почувствовав, наконец, необходимость нравственного воспитания детей, государственные мужи приняли решение в порядке эксперимента ввести в программы четвероклассников основы православной, мусульманской, иудейской культуры по выбору родителей учеников. Желающим предоставляется право посещать занятия по светской этике. Внешне все выглядит пристойно, если, конечно, не задумываться о том, кто и что там конкретно будет преподавать. Так вот.

Привели родители в нашу школу девочку. Они недавно переехали в Москву из другого региона, где по приказу губернатора (!) уже пару лет внедряется подобный курс. Причем, по словам родителей, этот самый курс явился одной из причин перемены места жительства. Я выразил удивление, а они попросили меня поговорить с ребенком. Состоявшийся разговор мгновенно выявил причину родительской тревоги.

— Какое счастье, что мы православные!

— Наверное.

— Но если бы вы знали, как я ненавижу католиков!

— Чем же они тебе так насолили?

— Как вы не понимаете! Они же молятся Примадонне!

— Деточка, Примадонна — это Алла Борисовна Пугачева, а католики молятся Деве Марии, тогда как православные — Матери Божией. Дева Мария и Божия Матерь — это одна и та же женщина.

— Разве?

Кто–то уже успел отравить ее сознание ненавистью, причем к одной из христианских конфессий. Прикажете разъяснять десятилетнему ребенку теологические тонкости, отличающие молитвенную практику католиков и православных?

Впрочем, ничего нового мы не узнаем. В “Записных книжках” князя Петра Андреевича Вяземского читаем: “У многих любовь к Отечеству заключается в ненависти ко всему иноземному. У этих людей и набожность, и религиозность, и Православие заключаются в одной бессознательной и бесцельной ненависти к власти Папы”. Написано еще в позапрошлом веке.

Представляю себе отношение детей, прошедших такой курс “обучения”, к исламу, с учетом нашего преимущественно евроцентрического образования и эксцессов на Северном Кавказе...

Не скрою, меня больше порадовало недавнее высказывание одного юноши, увлеченного компьютерами, который глубокомысленно изрек: “Я догадался: Бог один — провайдеры разные!”

Почему нельзя продолжать любить свое и при этом не стремиться увидеть в другом ад? Школа — это место, где мы должны усиливать то, что объединяет, а не разделяет людей. Вот почему я против расселения детей по разным конфессиональным квартирам в одном школьном доме.

Почему же так трудно дается признание того, что все мировые религии содержат общие сердцевинные ценности? Потому что в основе обращения людей к религии лежат две причины: поиск идентичности и стремление обрести прочную нравственную опору в жизни. По большому счету две эти задачи не противоречат друг другу. Но у людей, не имеющих достаточной подготовки, на первый план выходит поиск идентичности. Религия превращается для них в средство опознания в примитивной схеме: свой — чужой. На первый план выдвигается известный вопрос: против кого дружим? Он и становится основой сплочения.

Прагматичные политики стремятся максимально использовать это испытанное средство объединения электората, не слишком задумываясь о последствиях и глубоких корнях, питающих подлинные религиозные чувства людей. В предельно откровенной форме свою идентичность не так давно обнажил суверенный Батька: “Я, конечно, атеист, но атеист православный”. Ну что тут скажешь?

Между тем, коль скоро мы всерьез, а не в конъюнктурных политических целях встаем на путь религиозного просвещения детей и юношества, нам самим предстоит научиться различать подлинную религиозность и ее искажение, имя которому — ненависть. Для этого необходимо иметь некий метод. Его предлагал своим слушателям православный священник Александр Мень:

“Альтернативой Иисусу Христу является антихрист. Это дух, дух, который действует в истории.

Христос — это свобода, антихрист есть порабощение. Христос — это любовь, антихрист есть ненависть. Христос — это вселенскость, антихрист замыкается в групповом, клановом, национальном и так далее. Христос есть ненасилие, антихрист — насилие. Христос — истина, антихрист — ложь. Пользуясь этим методом, мы всегда можем угадать дух антихриста и его носителей”.

Митрополит Киевский Платон (Городецкий) (1803—1891) остался в истории Русской православной церкви как выдающийся миссионер, много, в частности, сделавший для укрепления православия в Прибалтике. Это, однако, не помешало ему, человеку, всем сердцем любившему православие, сказать при встрече с инославными, что религиозные перегородки не доходят до небес. Да, как бы говорит он, перегородки есть, и мы их не можем не замечать. Но если наше духовное зрение будет более острым, то мы не сможем не увидеть, что Небеса над всеми одни — без перегородок. И что, осознавая свою ответственность перед вступающими в жизнь поколениями, можно противопоставить такому мировосприятию?

Русский философ В.Соловьев был убежден в том, что “мировая задача состоит не в создании солидарности между каждым и всеми — она уже и так существует по природе вещей, а в полном сознании и затем духовном усвоении этой солидарности со стороны всех и каждого”.

Пока до такого духовного усвоения очень далеко. Но с чего–то ведь надо начинать. С чего?

С раннего детства, пока ребенка не успели заразить племенной ненавистью и свирепой религиозностью.

http://www.mk.ru/social/article/2010/10/20/538179-bog-odin-provayderyi-raznyie.html

LinkWithin

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...