«Парализованный» Федеральный резервный банк, доживающий «последние деньки» и оказавшийся заложником «роботизированных» торгов на «искусственно поддерживаемых» рынках, – это лишь часть печальных наблюдений, которыми делится Дэвид Стокман (David Stockman), бывший конгрессмен-республиканец и глава Административно-бюджетного управления 1981–1985 (в годы правления Рейгана).
Представители The Gold Report встретились со Стокманом для этого эксклюзивного интервью.
Мы наблюдаем завершающий этап очень плохой игры. Мы имеем дело с окончанием 30-летнего долгового супер-цикла и последствием нежизнеспособного пузыря. Федеральное правительство не наводит порядок в своих финансах. Мы находимся на грани кризиса на рынках облигаций. Это уже случилось в Европе, скоро дойдет и до нас.
Фед разрушает рынок капитала, привязывая и манипулируя рыночным ссудным процентом и заемным капиталом. Процентные ставки больше ни о чем не сигнализируют, потому что они равны нулю. Кривая доходности тоже больше ни о чем не говорит, потому что она полностью контролируется Федом. Сама идея политики снижения долгосрочных ставок и повышения краткосрочных кощунственна.
Рынки капиталов составляют основу капитализма, и они не работают. В тот момент, когда мы отчаянно нуждаемся в сбережениях, вкладчиков подавляют. Федеральное правительство влезает в долги, будучи банкротом. Фед стал пленником трейдеров и роботов на Уолл-стрит.
Думаю, вероятным ускорителем будет обвал рынка американских казначейских облигаций. Это основа рынка инструментов с фиксированной готовностью и, таким образом, мирового финансового рынка.
Вследствие управления Феда и фиксирования процентной ставки рынок живет на искусственном поддержании жизни. Все ставки искусственные. Кривая доходности не диктуется рынком. До тех пор, пока трейдеры хедж-фондов и участники сверхскоростных торгов считают, что Фед способен удерживать всё на привязи, мы можем влачить свое жалкое существование. В тот момент, когда они лишатся этой уверенности, они закроют свои позиции.
Если это случится, колоссальные сделки РЕПО – то есть долг, принадлежащий еще большему долгу – начнут закрываться и создадут панику на рынке казначейских облигаций. Люди начнут понимать, что король-то голый.
Когда начнется кризис, количество частных предложений будет недостаточным – цены упадут вследствие отсутствия сделок на рынке, если не будет аварийной скупки активов со стороны центральных банков: Феда, Европейского Центрального банка (ЕЦБ), народного печатного пресса всея Китая и прочих.
Вопрос в следующем: смогут ли центральные банки сделать это теперь, учитывая, что они уже нарастили свои балансовые листы? Когда в сентябре 2008 года обанкротился «Лиман», баланс Феда насчитывал $900 миллиардов. Чтобы дойти до этого уровня, Феду понадобилось 93 года с момента открытия его для бизнеса в ноябре 1914 года. Потом в течение семи недель Бернанке увеличил его еще на $900 миллиардов, а затем довел до $2,4 трлн, устроив оргию с печатным станком в главной роли за первые 13 недель после падения «Лимана». Сегодня на балансе Феда почти $3 трлн. Может ли он еще раз утроить его? Я так не думаю.
Та же история по всему миру: незадолго до кризиса итоговая сумма на балансе восьми ведущих центральных банков составляла $5 трлн; сегодня это уже $15 трлн. По большей части, это фантастическое увеличение оборота ушло на покупку или резервирование на покрытие государственных долгов. Это была мать всех монетизаций.
Наступит день, когда на рынке будут одно лишь предложение и не будет спроса, и музыка прекратится. Политики вдруг начнут бегать в панике и задаваться вопросом, что же случилось со всеми бесплатными деньгами. Им придется признать, что они врали 30 лет, и к тому времени, когда эти признания закончатся, будет большая неразбериха.
Она будет повсюду. Когда рынок облигаций начнет разваливаться, все остальные рискованные активы тоже начнут продаваться по безумно низким ценам. В случае обвала рынка облигаций «инфекция» распространится на рынки всех остальных активов. Произойдет массовый «слив».
Я думаю, что всё в мире переоценено: акции, облигации, товары, валюты. Печатание слишком большого количества денег и разрастание долгов вывели цены на все классы активов на искусственные, неэкономические уровни. Опасность для мира предоставляет не классическая инфляция или дефляция товаров и услуг, а кардинальная переоценка раздутых финансовых активов в сторону удешевления.
Существует ли возможность такого обвала без массового хаоса?
Не думаю. Когда заходишь настолько далеко, как пойти на попятную?
Федеральный резерв стал жертвой рынков, он заморожен и парализован опасениями, что если он начнет сокращать свой баланс, демоны вырвутся на свободу.
Честно говоря, кумовство в капитализме мало отличается по своей сути, и именно это происходит на Уолл-стрит ежедневно. Билл Дадли (Bill Dudley), руководитель Нью-Йоркского Феда, раньше был главным экономистом Goldman Sachs, и он притворяется, что спрашивает мнения о финансовой обстановке у нынешнего экономиста Goldman, который, в свою очередь, притворяется, будто высказывает мнение о том, что еще могут сделать экономика и Фед в интересах трейдеров Goldman и, возможно, их клиентов. Так же всё обстоит и в ЕЦБ, Банке Канады и т.д. Есть ли в мире какой-нибудь денежный пост, который не контролируется Goldman Sachs?
Суть в том, что это не свободный рынок в действии. Именно те, кто печатает деньги в Центральном банке и их дружки с Уолл-стрит извратили то, что раньше было капиталистическим рынком.
Думаю, что на этот раз люди обвинят ФРС во лжи. Когда начнется следующий кризис, я могу представить, как народ с факелами и вилами пойдет к зданию Экклза, где располагаются офисы ФРС.
31 декабря истекает срок действия сниженных налогов, входит в силу сокращение расходов на оборону, и мы достигаем долгового потолка.
Это и будет момент истины. Никогда ранее три настолько влиятельных вектора не сходились в одно и то же время – тройная бюджетная магия.
Во-первых, срок действия долгового потолка закончится примерно к выборам, так что правительство снова временно прекратит работу, и будет политически трудно набрать большинство в сессии уходящего состава, чтобы увеличить лимит задолженности путем привлечения необходимых триллионов.
Во-вторых, весь набор программ по снижению налогов и предоставлению кредитов, принятых за последние десять лет на общую сумму до $400-500 миллиардов ежегодно, заканчивает свое действие 31 декабря. Так что если их не продлить, они свалятся на экономику, как тонна кирпичей.
В-третьих, стоить помнить о сокращении военных расходов, принятом летом прошлого года в качестве уступки, которое невозможно изменить без большинства в Конгрессе.
Это ситуация маятника: если отложить сокращение расходов, придется поднимать долговой потолок. Если продлить срок действия сниженных налогов, нужно будет увеличивать предельную задолженность на $100 миллиардов в месяц.
Конгресс поднимет лимит задолженности на 60 или 90 дней, чтобы дать новому президенту, если тот не потребует пересчета голосов, возможность предложить какой-нибудь план.
Похоже на погоню за собственным хвостом. Как ее остановить?
Я не знаю, как с этим может справиться действующая демократия в обычных условиях. Может быть, кто-нибудь из Goldman Sachs может прийти и предложить решение, как в Греции и Италии. Ситуация действительно настолько трагична.
От сокращения расходов на вооружение пострадают как военные заказы, так и закупки, не имеющие отношения к обороне. В начале 2013 года сильно пострадают официальные показатели ВВП, потому что сократятся дискреционные расходы правительства. Люди по-прежнему забывают, что большая часть правительственных расходов приходится на дотации, но при расчете ВВП во внимание берутся только затраты на рабочую силу и товары, и именно эти статьи пострадают от сокращения бюджетов на оборонные и прочие закупки.
Уровень безработицы возрастет. Возьмем один пример. По данным ежемесячного отчета Бюро трудовой статистики, только в Почтовой службе США работает около 650 тысяч человек. Это 650 тысяч человек, делающие вид, что работают, а в интернете слывущие устаревшими и ненужными. Им платят за счет займов Дяди Сэма, потому что сама почта – банкрот. Однако отважные дамы и господа на Капитолийском холме не могут даже вывести на голосование предложение о том, чтобы отменить доставку почты по субботам – они проголосовали за то, чтобы изучить этот вопрос!
Единственное, что можно сделать – держаться подальше от опасности и попытаться сохранить все в виде наличных. Все рынки либо в руках мошенников, либо сокращаются.
Но если правительство продолжит печатать деньги, наличные будут не так уж много стоить, верно?
Нет, я не думаю, что у нас будет гиперинфляция. Я думаю, что финансовая система развалится до того, как она даже сможет начаться. Затем экономика будет парализована до тех пор, пока мы не наберемся смелости, внимания и решимости сделать с этим что-нибудь. Вместо гиперинфляции или дефляции будет большой финансовый хаос, то есть болезненная переоценка финансовых активов.
Насколько болезненной будет эта переоценка? Думаю, народ уже понял, что это будет по-настоящему ужасно. Недавно я видел данные опроса, который показал, что 25% людей предпенсионного возраста считают, что ситуация с их финансами такова, что им придется работать до 80 лет. Средняя продолжительность жизни сегодня составляет 78 лет. Люди оказались в таком тяжелом финансовом положении, что они думают, что будут работать еще два года после смерти!
Моя инвестиционная модель называется ВЧНБ – Всё, Что Неподвластно Бернанке. А именно: батарейки для карманных фонарей, консервированная фасоль, вода в бутылках, золото, домик в горах.