Мы в Google+

14 сент. 2012 г.

Извержение арабской ненависти в Каире: сотни раненых

Как говорится, не выпускай джина из бутылки…

На протяжении трех последних дней Каир продолжает бурлить. Третий день идут демонстрации протеста против оскорбившего правоверных фильма "Невинность Мусульман". В ходе столкновений с силами безопасности ранены 220 человек, произведены десятки арестов. По сообщениям арабских СМИ, 14 сентября возобновились массовые протесты на площади аль-Тахрир.

http://mignews.com/photo.php?num=20&article=140912_94446_45964

Америка: всё незаконно

О становлении корпоративной диктатуры в США

«Каждый день я просыпаюсь – и еще что-то запрещено»…

Владельцу дома велели спилить дерево на его участке потому что оно не внесено в список утвержденных. В противном случае – штраф по две тысячи долларов в день.

Гражданину США заявили, что он не может собирать людей в своем доме и читать им лекции, поскольку для митинга, собравшего более трех человек, требуется разрешение.

Лимонадный бизнес Девочкам сказали, что они не могут заниматься привычным для Америки делом – продавать лимонад на улице. Без лицензии – нельзя, потому что правительство беспокоится о качестве продаваемых людям товаров.

Американцы не в курсе перемен в своей стране. Бизнесмен с 80-х годов импортировал лобстеров из Гондураса. Но однажды к нему ворвался взвод автоматчиков, так как он нарушил целых четыре регуляции. Он отсидел шесть лет, а его семья обанкротилась. Оказывается, надо было ввозить лобстеры в контейнерах, а не в полиэтиленовых пакетах.

Штраф 37 тысяч долларов в день за попытку построить дом на своем участке.

Новый источник дохода для государства – лицензия на такси. Теперь она выглядит как медальон, и цена ему – более миллиона долларов. Естественно, люди, имеющие такие деньги, не идут в таксисты, а нанимают их.

Целые отряды американского ОМОНА с автоматами наперевес, целясь в людей, громят… овощные магазины и фермерские хозяйства. В США (да и не только там) это стало формой общения власти с людьми. Автоматчиков в бронежилетах и касках присылают по любому случаю. Кстати, один из таких случаев мы недавно описали:

Произвол в законе: к матери, отказавшейся давать своему абсолютно нормальному ребенку психиатрические лекарства, послали полицейский спецназ с броневиком.

Другая женщина была брошена в тюрьму за продажу парного козьего молока. Макдональдс – это можно, а парное молоко – нет.

Мелких фермеров в большинстве штатов изводят или уже извели, то бишь заурегулировали до того, что они режут свое стадо. Корпорации США больше не терпят конкуренции от мелких производителей натуральных продуктов и бросают их в тюрьмы.

В Америке вы больше не можете снимать полицейских на камеру или фотокать их. Они вас арестовывают за «обструкцию действий органов власти». Как говорит юрист Сильвергейт: «Был бы человек, а закон найдется».

Всё незаконноПолицейский остановил гражданина, который ехал в своем собственном автобусе, и уволок в участок просто потому, что тот снимал его на камеру. Не найдя состава преступления, невезунчику предъявили обвинение за «открытую банку пива в холодильнике личного автобуса». Ему интерпретировали это как открытую банку пива в общественном месте! В итоге – день в тюрьме.

Женщина снимала действия полицейских на улице из своего дома. За это ее арестовали. Обвинить ее в чем-либо не удалось, и она была отпущена. Однако за жертвой полиции была устроена каждодневная слежка на предмет любых возможных и невозможных нарушений. Например, ее штрафовали за «неправильную парковку»: измеряли линейкой расстояние колес ее автомобиля до бордюра.

Человек, стукнувший на автозаправке сзади полицейский автомобиль, был застрелен на месте.

В США уже так много законов, положений и норм, что никто их не знает, даже юристы. Только за последний год добавлено 80 тысяч новых законов и регуляций.

Итак, законов много, и все они что-то запрещают. Запреты – это беспроигрышная лотерея для власти.

Текст взят у philipshero и отредактирован за непечатностью. Телепередача – с канала Fox News. К сожалению, без перевода.

13 сент. 2012 г.

Предание о Вавилонской башне

Евгений Чернецов

Вавилон В предании о Вавилонской башне рассказывается о том, как Бог разделил людей, строителей этой башни, на разные народы, говорящие на разных языках, чтобы они прекратили свое строительство и занялись междоусобной войной, не добравшись до уровня Бога. Но был ли это Бог? А может, это была просто группа людей, правивших миром?

Римляне также завещали потомкам разделять и властвовать. Если лидер напрямую правит однородной группой людей, то рано или поздно находятся недовольные его управлением и пытаются его свергнуть. Особенно тяжко приходится лидеру в тех случаях, когда ему не удается угодить всем подряд или даже большей части коллектива. В таких случаях по – настоящему мудрый лидер сначала раскалывает коллектив по какому-либо признаку, две разрозненные группы выбирают себе двух разных вожаков и все недовольство эти две части единого коллектива изливают друг на друга.

Настоящий же лидер уходит в тень и с помощью слухов, распускаемых среди обеих групп людей, манипулирует поведением обоих вожаков. Впрочем, пример сей слишком упрощенный, ибо в современном мире истинные правители имеют в качестве рычагов воздействия на разрозненные группы людей, а гораздо больше инструментов. В их арсенале и средства массовой информации, и банковская система, и религии, и шоу-бизнес политики.

Понять действие мировой истории достаточно легко, прибегнув к гипотетическому примеру. Представим себе обычный город, в котором множество маленьких лавочек, конкурирующих между собой. Один из предпринимателей в итоге этой конкуренции занимает лидирующую позицию, постоянно расширяя свой магазин. В итоге он оказывается торговыми монополистом в этом городе, владельцем одного большого торгового центра. На правах монополиста он повышает цены до тех пор, пока его покупатели не отправляются за покупками в другой город. Монополист понимает, чем все это может закончиться. Он понимает, что рано или поздно наиболее прозорливые покупатели решат сами открыть свои маленькие лавочки, в которых, чтобы завлечь постоянных покупатели, будут сбрасывать цены.

Что делать, чтобы этого не случилось? Нанять криминалов, чтобы они ограбили конкурентов пару раз? Дать взятку местным властям, чтобы они чинили новоявленным предпринимателям различные препятствия в открытии лавочек? Какое-то время это будет действовать, но в итоге на него найдут управу, и придется терпеть конкурентов. Можно также скинуть цены пока конкуренты не разоряться. Можно завлекать в свой магазин покупателя скидкой на один товар, повышая цену на другие. Но есть и другое. Самое оптимальное из решений – самому открыть пару маленьких магазинчиков, вкладывая в них полученную прибыль, скрывая от общественности свою причастность к этому. Так в городе снова появляется множество маленьких лавочек, а большой торговый центр или же стоит полупустой или же преображается в концертный зал. Маленькие лавочки так же, как раньше, конкурируют между собой, но их подставные владельцы не более чем наемные работники, покорно отдающие прибыль своему хозяину, владельцу капитала.

Со временем он ликвидирует те лавочки, которые приносят меньшую прибыль, и расширяет те, у кого дела идут хорошо. Так до тех пор, пока снова не создается монополия, которая повышает цены до того предела, за которым создается ситуация для появления конкурентов. И держатель капитала уже даже не открывает лавочки от имени подставных лиц, а просто дает ссуду под проценты тем, кто хочет потягаться с монополистом. Новоявленные торгаши уклоняются от налогов. Они нанимают на работу нелегалов. Они торгуют запрещенными товарами из-под прилавка. Они работают круглосуточно, чтобы выдержать конкуренцию. Почти вся их прибыль уходит в карман кредитору. Держатель капитала только ухмыляется, видя их рвение, связанное с надеждой на выплату кредита и расширение дела. Когда он рассчитывается с долгом, к нему приходит полиция и облагает таким штрафом, что он снова оказывается в долгу, взяв у держателя капитала, то есть банка новый кредит…

Конечно, после приведенного примера  может возникнуть негативное отношение к держателю капитала, то есть банкиру, который дерет со своих должников максимальные проценты, вынуждая того же торговца поднимать цены до предела. Но стоит учесть и то, что среди банков такая же жесткая конкуренция, как и среди торговцев. Игра в монополию отнюдь не для сердобольных, снисходительных, милосердных и великодушных. Но главный фокус в том, что выигравший в эту игру в итоге вынужден сложить свою добычу в коробку, владелец которой снова раздаст деньги и недвижимость поровну новым игрокам.

Теперь можно рассмотреть, как данная схема работает не в отношении торговли среднего городка, а в отношении гипотетического континента населенного множеством разных племен с разными же традициями, языками и даже отличающимся обликом своих представителей. По мере роста познаний каждого из племен в медицине, земледелии, скотоводстве, строительстве, растет производительность их труда, следовательно, объем потребностей и численность каждого племени. Каждое племя заинтересованно в увеличении своей численности, от которой зависит обороноспособность. Ее можно повысить не только увеличением производительности труда, но и объединением с одними соседями против других, что в современном мире называют дипломатией.

В итоге этой конкуренции образуется империя с единой армией. Она делится на провинции, иногда говорящие на разных языках, исповедующие разные религии, с разным уровнем и условиями жизни. Каждой провинцией управляет наместник императора, назначенный им, беспрекословно ему подчиняющийся. В обязанности каждого наместника входит собирать с населения дань и доставлять ее в императорскую казну. Наместник получает лишь часть от этой дани, а также постоянно слышит требования приносить больше. Разумеется, что народ рано или поздно доводят до предела, за которым он готов оторваться от плуга и взяться за оружие, чтобы освободиться от этих постоянно растущих поборов. Труженики объединяются в вооруженные банды, убивают сборщиков налогов, наместника императора и объявляют, что впредь никаких налогов платить не будут.

Тогда  император посылает в мятежный район войска, на содержание которых и уходит часть собираемых налогов, и устанавливает прежний порядок. Тогда  обложенные податями понимают, что чем больше они производят, тем выше налоги. Следовательно нет смысла упираться, куда выгоднее просто саботировать. То есть они стараются производить ровно столько, сколько способны употребить сами, а излишки укрываются и потом нелегально реализуются по более низким ценам, нежели легальные товары. В результате поступления в имперскую казну резко уменьшаются, а капитал рассеивается по сундукам нелегальных торговцев. Можно увеличить полицейский аппарат, усилить репрессии, но это приведет только к уменьшению жалования имперским служащим и коррупции, следующей за этим, а также к сокращению числа обложенного налогами населения. Все это приведет империю к расколу на мелкие государства.

И какие же меры предпринимает в таких случаях мудрый император, чтобы спасти империю? Для начала он решает заняться духовной жизнью своих подданных на государственном уровне, а заодно и сплотить их одной религией. За дело берутся специалисты данной сферы и создают образ борца за справедливость, мудрого философа, которого казнили по указу давно смещенного императора. Который завещал людям во имя спасения своей души после смерти жить по определенным заповедям, соблюдение которых живущими в том обществе практически невозможно. Подданным императора с рождения прививается чувство вины, и по мере жизни список грехов растет, а вместе с ним и страх расплаты за них после смерти.

Однако грехи эти служащие императора, разносящие людям слова пророка, готовы списать, если купить у них индульгенцию или часть останков пророка, или пожертвовать некоторую сумму на строительство храма. Единый Бог всех любит, только купите в храме специальную свечку и поставьте, и он исполнит ваше желание, но если его исполнение никому не повредит. Так что за исполнение желаний мы ответственности не несем. Религия проповедует смирение и рвение в работе. За бедность при жизни проповедники обещают Богатство в загробной жизни. На темных людей это действует и временно спасает империю от развала. Агрессия недовольных переносится на неверных их религии. А золотые реки податей снова текут в государственную казну.

Японизация и закат свободного рынка

Автор предполагает японский вариант дальнейшего развития – на наш взгляд, неосуществимый, но достойный внимания.

Андрей Дикушин

Предстоящие несколько месяцев обещают быть необычайно бурными для фондового рынка. С одной стороны, логично ожидать очередного обострения европейской болезни после мертвого штиля сезона отпусков. С другой стороны, много «радости» сулит разгар президентской гонки в США. Мы же воспользуемся последними неделями относительного спокойствия для осмысления перспектив на чуть более дальний горизонт…

Для начала вернемся к исходному тезису – неразрешенному вопросу, волновавшему и продолжающему волновать умы с начала финансового кризиса 2008 года: какой из двух сценариев – инфляция или дефляция – является следующим шагом в развитии истории?

Прошло четыре года, и самое странное заключается в том, что ни один из двух лагерей по прошествии столь длительного времени не может заявить о разгроме оппозиции. Местами инфляция ползет вверх, есть где-то и дефляционные эпизоды. В общем и целом мы стоим на месте. Если раньше мне казалось, что затянувшийся посткризисный период лишь увеличивает масштаб последующего дефляционного или инфляционного прыжка, то нынче я передумал.

Сегодня с больших трибун без всяких стеснений формулируют, что у нас осталась одна надежда и вера в светлое будущее – банкиры из ЦБ решат все проблемы современности без исключения. Мягко говоря, это выглядит странно. Но есть и второе дно у этой истории.

Япония Когда говорят о беспрецедентности влияния центральных банков на суть происходящего в экономике, то исторически явно кривят душой и памятью. Есть одна страна, которая давным-давно подвергла себя такому эксперименту. Называется она Япония. Сюжет до боли знакомый. Было головокружение от достигнутых высот. Был крах недвижимости. Последовали массированные госпрограммы стимулирования, интервенции Центрального банка, как результат – жуткий уровень госдолга под 200% ВВП.

Любопытно, что ни дефляционисты, ни инфляционисты в Японии не победили. Результат? Двадцать с лишним лет стагнации. И ровно за счет старания властей. Аналогично тому, что сейчас происходит в США, – никому из крупных корпоратов не дали умереть, а банки стали вечными должниками Центрального банка, то есть, в западном понимании, являются несостоятельными. Целые регионы и группы населения сидят на массированных дотациях. Какова цена вопроса сегодня? Экономика стоит на месте уже несколько поколений японцев. Цена вопроса завтра? Страна восходящего солнца становится всё менее релевантна в мировом процессе. Будет ли дефолт по государственным долгам? Да, будет. Но это может произойти еще через двадцать лет. В контексте политической сиюминутности – это все равно что никогда.

Вот, собственно, где мы сегодня находимся. Западные экономики окончательно японизировались. Здесь важно подчеркнуть, что тезис про японский вариант развития событий авторитетные люди озвучивали давно. Но центральным сценарием в прогнозных моделях он не стал по ряду причин и куда-то по прошествии лет затерялся.

Японизация – это интуитивный выбор правящих элит в пользу наименьшего зла, измеренного с позиции собственной системы координат. Если не удалось найти замену долговой игле, то пусть всё останется как было. Примитивно, но именно так может работать коллективное сознание имущего класса. Ну а дальше свое дело сделают медиатехнологии, которые существенно продвинулись за последние десятилетия. Любой реформатор или просто нарушитель статус-кво будет успешно демонизирован и маргинализирован.

В этом контексте отпадает необходимость в конспирологии заговора против среднего класса или какого-либо другого, а технический мандат ЦБ становится предельно ясным – держать плотину и не допускать дефляции. Всё остальное – бантики или как повезет. Вдруг какой-нибудь технологический прорыв случится? А не случится – тогда немного инфляции продлит жизнь долговой плотины еще на несколько лет.

Несмотря на то что звучит довольно абстрактно, изложенная выше доктрина имеет, на мой взгляд, понятные практические выводы. История, безусловно, не повторяется, но рифмуется. Япония сегодня позволяет подсмотреть некоторые элементы будущего западного мира.

Если кто не понял, то свободный рынок закончился. Конкурировать могут только те, кого сочли достойным. Остальных, особенно средний бизнес, будут дальше душить чрезмерным регулированием. А если что, калифорнийский суд подтвердит валидность патента Apple на любой предмет в форме квадрата.

Не стоит ждать прыжка процентных ставок, дальнейшего роста рынка или возврата к экономике почти полной занятости. Ну будут маленькие эпизоды, как исход Греции из ЕС или банкротства неугодных администрации США отраслевых гигантов. Но в целом будет тихо, чисто, спокойно и безлюдно. Как в хорошем доме престарелых для поколения baby boomers. Все, кто моложе, – arbaiten до вечно удлиняемого пенсионного срока. Побочный, но осознанный результат – резкое падение социальной мобильности населения при большей истерии СМИ и политиков, утверждающих обратное. Короче, хотите разбогатеть – покупайте лотерею, так как можно предъявить пример выигравших.

Стагнационный выбор сделан в пользу сегодняшнего имущего класса. Не факт, что это правильное решение для их наследников. Но альтернативы страшны в моменте. Поэтому никто не хочет думать рационально на поколения вперед.

Эпоха свободной эмиграции практически закончилась, а за исключением неудавшегося эксперимента ЕС примеров многокультурного уклада в отсутствие центральной общепринятой догмы будет меньше. Прощай международная торговля и рынок труда, каким мы его помним с конца прошлого столетия. Национальный капитал, за исключением богоизбранных корпораций, тоже будут ограничивать.

Вот такая странная японская история получается. Не будет масштабной вселенской второй волны, граждане.

Полный текст

12 сент. 2012 г.

Конституционный суд Германии одобрил участие ФРГ в европейских стабфондах

Продолжение темы Европейского стабилизационного механизма.

Европейский механизм самовластия?

Такая стабильность нам не нужна?

Конституционный суд Германии вынес положительное решение об участии Германии в Европейском стабилизационном механизме и бюджетном пакте ЕС.

При оглашении вердикта председатель Конституционного суда Андреа Фоскуле заявил, что участие Германии в механизме финансовой стабильности ЕС, который должен стабилизировать экономическую ситуацию в Европе, возможно лишь при соблюдении двух условий. Во-первых, как пишет автор, должен быть установлен верхний предел финансовой ответственности Германии в 190 млрд евро, который, без согласия Бундестага, не может быть увеличен. Вторым условием является достаточное информирование немецкой стороны, а именно Бундестага.

http://inopressa.ru/article/12Sep2012/zeit/eurozona.html

Напомним некоторые параграфы, внесенные в черновик договора:

  • Страны обязуются переводить фонду затребованные им суммы в течение семи дней, без права на обсуждение и апелляцию.
  • Совет директоров фонда вправе менять его размер и повышать требования.
  • У фонда есть полномочия на судебную деятельность и в то же время – иммунитет от любых судебных исков.
  • Любое имущество фонда, где бы оно ни находилось и кем бы ни содержалось, не может подвергнуться обыску, реквизиции, конфискации или любому другому виду отъема со стороны любого административного или судебного ведомства, либо в результате законодательных актов.
  • Все члены фонда обладают полной судебной неприкосновенностью и не обязаны раскрывать какие-либо документы какому-либо учреждению или ведомству.

10 западных мифов о мусульманах

А может быть, и впрямь не всё так плохо?

Даг Сондерс, Huffington Post, США

В своей новой книге «Миф об исламской волне» я описываю широко распространенные на Западе ложные представления о мусульманской иммиграции. Я вижу, что, как это раньше было с евреями и католиками, мусульмане воспринимаются как люди, не способные интегрироваться в общество; как быстро воспроизводящаяся сила, проповедующая религию, которая представляет собой скорее идеологию завоевания, чем веру. При помощи самых современных фактов и цифр я демонстрирую гораздо менее тревожную правду о новоприбывших.

Вот 10 стандартных мифов о мусульманах на Западе:

1. Среди исповедующих ислам выше коэффициент рождаемости, чем среди приверженцев другой религии. Они захватят мир своим количеством.

Два поколения назад казалось, что исламским странам грозит бесконтрольный рост населения. Люди говорили об «исламском показателе плодовитости» – в среднем более пяти детей на семью – и предсказывали, что планета запестрит шпилями минаретов.

Сегодня же очевидно, что ислам не связан с ростом численности населения. Просто взгляните на Иран, единственную в мире исламскую теократию, где в 1980-е годы в среднем на семью приходилось семь детей, а сегодня – 1,7. Это – меньше, чем во Франции или Великобритании. Или возьмите Объединенные Арабские Эмираты, там на семью приходится 1,9 ребенка. Или Турцию, в которой уже десять лет правит партия религиозных мусульман: сегодня там – 2,15 ребенка на семью. В Ливане, невзирая на подъем Хезболлы, в среднем на семью приходится лишь 1,86 ребенка (то есть, население будет сокращаться).

В среднем по миру размер средней мусульманской семьи сократился с 4,3 ребенка на семью в 1995 году до 2,9 в 2010 году. Ожидается, что показатель станет ниже необходимого для роста населения, и размер исламской семьи приблизится к размеру западной семьи к середине века. Это критический признак того, что исламские общества переживают крупную волну модернизации и секуляризации – даже если они при этом продолжают избирать исламистские партии.

2. Иммигранты из мусульманских стран нас поглотят.

Люди смотрят на огромные семьи новых мусульманских иммигрантов и представляют, что их количество возрастет в геометрической прогрессии. Однако это, скорее, иллюзия – так же, как и другие цифры, указывающие на то, что у мусульманских иммигрантов коэффициент рождаемости выше, чем на их родине. Это объясняется тем, что большинство новых иммигрантов рожают большую часть своих детей в годы сразу же после своего приезда. Общий коэффициент рождаемости – определение размера средней семьи – высчитывается при помощи общего числа детей у женщины и распределении их на всю продолжительность ее жизни в детородном возрасте. Потому кажется, что у иммигрантов больше детей, чем на самом деле.

На самом деле размер семей мусульманских иммигрантов быстро приближается к размеру семей средних представителей Запада – даже быстрее, чем это было в случае еврейских или католических иммигрантов в свое время. На настоящий момент мусульмане во Франции и Германии имеют лишь 2,2 ребенка на семью, это чуть превышает средние показатели по странам. И, хотя иммигранты из Пакистана в Британии имеют по 3,5 ребенка, их дочери, рожденные в Британии, имеют лишь 2,5. По всей Европе различие между мусульманским и не-мусульманским коэффициентом рождаемости снизилось с 0,7 до 0,4, и скоро цифры сойдутся по всему континенту.

3. Мусульмане станут большинством в странах Европы.

На самом деле сейчас есть несколько серьезных гипотез на основе тенденций роста населения и уровня иммиграции, которые демонстрируют, что мусульманское население Европы растет все медленнее, и что к середине этого столетия, даже если коэффициент иммиграции не сократится, доля мусульман в Европе будет равняться примерно 10% (сейчас она составляет 7%). К тому моменту размер и возрастной состав мусульманских семей будет мало отличаться от средних показателей по Европе.

4. Мусульмане станут господствующей группой «аутсайдеров от культуры» в США.

Несмотря на истерическую риторику Ньюта Гингрича (Newt Gingrich), Мишель Бахманн (Michelle Bachmann) и прочих, мусульмане в Штатах – не просто очень маленькая группа, но одна из наиболее интегрированных социальных групп в стране, особенно если учесть, что 69% американских мусульман – это иммигранты в первом поколении, а 71% этих иммигрантов прибыли после 1990 года.

Сегодня в США – лишь 2,6 миллиона мусульман. К 2030 году их численность вырастет примерно до 6,2 миллиона (потому что мусульмане молоды и плодовиты), к тому моменту мусульмане будут составлять 1,7% населения. То есть, почти столько же, сколько иудеи и принадлежащие к епископальной церкви.

Хотя они в стране новички, американские мусульмане имеют тенденцию быть образованными и успешными в экономическом смысле. У 40% из них есть диплом об окончании колледжа, они – вторая самая образованная группа в стране после евреев, гораздо более образованная, чем американцы в целом. Лишь 29% американцев имеют дипломы о высшем образовании.

5. Мусульманские иммигранты на Западе придерживаются тех же отсталых взглядов, что мусульмане на Ближнем Востоке и в Пакистане.

На самом деле, после переезда мусульмане резко меняют свои культурные взгляды. Например, 62% американских мусульман говорят, что «можно придумать такой способ существования Израиля, который бы учитывал права палестинцев». Это лишь чуть меньше, чем процент полагающих так же американцев – в среднем (67%), и гораздо больше, чем среди ближневосточных мусульман – там с этим утверждением согласны от 20% до 40%.

Схожим образом, 39% американских мусульман и 47% германских мусульман говорят, что терпимо относятся к гомосексуальности. Сравните эти показатели с теми, которые демонстрируют большинство исламских стран. Причем, цифры растут с каждым поколением иммигрантов. По этим важным вопросам исламские иммигранты быстро приближаются к принятию западных ценностей.

6. Мусульмане-американцы более верны своей религии, чем своей стране.

Это правда, что 49% американцев с мусульманскими корнями говорят, что считают себя «в первую очередь мусульманами, а во вторую – американцами», а 47% утверждают, что по пятницам посещают мечеть. Однако, следует сравнить эту статистику со статистикой по американским христианам, 46% которых говорят, что считают себя «в первую очередь христианами, а затем только американцами» (причем среди приверженцев евангелических церквей эта цифра вырастает до 70%). А 45% американских христиан посещают службу в церкви каждое воскресенье.

Иными словами, мусульмане приняли ровно тот же уровень религиозности, что и люди вокруг в принявшей их стране. То же самое мы наблюдаем и во Франции, где пятая часть мусульман – атеисты, и лишь 5% регулярно посещают мечеть. – Почти такая же статистика, как и среди французских христиан.

7. Бедные мусульмане бегут из перенаселенных стран на Запад.

На самом деле, беднейшие и самые перенаселенные исламские страны дают меньше всего эмиграции – и лишь малая доля этих мигрантов отправляется на Запад. Иммиграция исходит в основном из стран с наименьшим темпом роста населения, и обычно это иммиграция – не в соседние страны.

Мусульмане – далеко не крупнейшая группа иммигрантов, даже в странах, которые непосредственно прилегают к исламскому миру. В Испании, расположенной близко к бедным арабским государствам, лишь 13% иммигрантов являются мусульманами: большинство происходят из испаноговорящих стран по ту сторону Атлантики. В Великобритании мусульманами являются лишь 28% иммигрантов. И не похоже, что эти показатели будут расти.

8. Мусульманские иммигранты злы на окружающее их общество.

На самом деле, мусульманские иммигранты БОЛЕЕ довольны окружающим их миром и его светскими институтами, чем население в целом. Мусульманские иммигранты в США охотнее говорят, что они «удовлетворены своей жизнью» (84%), чем средний американец – 75%. В случае рожденных в Америке мусульман показатель вырастает до 90%. Даже среди мусульман в кварталах, где в мечети был совершен акт вандализма (участившееся явление), целых 76% опрошенных говорят, что их район – «отличное» или «хорошее» место для жизни.

Это ощущение часто «перерастает» в гордость. Например, 83% британских мусульман говорят, что гордятся быть гражданами Великобритании, сравните с лишь 79% британцев в среднем. Лишь 31% мусульман согласны с тем, что «лучшее у Британии уже позади» – против 45% согласных с этим заявлением британцев.

9. Мусульмане на Западе поощряют терроризм.

Вам, вероятно, будет страшно узнать, что 8% американских мусульман полагают, что удары по гражданским мишеням «часто или иногда оправданы», если цель справедлива, но сравните это с ответом не-мусульман в Америке – 24% из них заявляют, что такие теракты «часто или иногда оправданы».

Это отражено в большинстве крупных опросов. В масштабном исследовании на вопрос «являются ли атаки против мирных граждан морально оправданными», 1% французов, 1% немцев и 3% британцев ответили да; среди мусульман так ответили 2%, 0,5% и 2% соответственно. На вопрос, «оправдано ли применение насилия ради благородной цели», утвердительно ответили 7% французов, среди них – 8% мусульман; 10% германцев и менее 2% германских мусульман; 10% британцев и 8% британских мусульман. Может быть, результаты объясняются тем, что 85% жертв исламистского терроризма – мусульмане.

10. Мусульман стало так много, что теперь самое распространенное детское имя в Британии – Мохаммед.

Это правда – но это означает не совсем то, что вы думаете. В 2010 году, если свести вместе все 12 вариаций написания имени исламского пророка, новорожденных называли Мохаммедом гораздо чаще, чем любым другим именем.

Однако это, скорее, следствие моды на имена, чем чего-либо другого. Во множестве различных мусульманских культур ВСЕ новорожденные мальчики получают имя Мохаммед как официальное первое имя. А также среди многих уроженцев Запада, в особенности – белых англосаксов и черных христиан, наблюдался взрыв числа оригинальных имен для младенцев. В 2011 году представители этих групп называли своих детей необычными именами на 50% чаще, чем это было поколение назад.

В результате имя Мохаммед стало именем «номер один», не являясь при этом настолько распространенным – в 2010 году все малыши, названные в честь исламского пророка Мохаммеда, составили лишь 1% от всех британских новорожденных.

http://inosmi.ru/world/20120911/198980393.html

10 Myths About Muslims in the West

Рука бойцов колоть устала

Мария Гордон

Не успели мы привыкнуть к тому, что времена поменялись, жить в кредит больше не принято, а банки больше не выдают займов почем зря, как выяснилось, что наше терпение уже лопнуло.

66 процентов американских потребителей заявили в ходе недавнего опроса о том, что они «устали считать гроши». Вот это да! Неужели же кризис наступил так давно? Всего четыре года, а потребители уже устали… Видимо, для этих людей естественным состоянием души является состояние матроса, сошедшего с корабля с твердым намерением немедленно пропить полугодичное жалованье. Потребителей, кстати говоря, никто не призывает штопать старые носки, вместо того, чтобы покупать новые. Я бы просто посоветовала не вести себя, как пьяный матрос. Нет, не хотят.

На самом деле, средние американцы, о которых идет речь, точно такие же люди, как и все остальные. Генетически они от людей не отличаются. Просто все мы быстро привыкаем к хорошему. У нас дома, например, кран сломался, точнее, колесико, которое отвечает за горячую воду. Целый день на кухне не было горячей воды, и я мыла посуду холодной. Вот это был ужас! Вы не поверите! При том, что на улице по-прежнему жара и по-настоящему холодной воды все равно не дождешься, – но вы представьте, как я страдала!

Рецессия, или как ее уже обозвали, «великая рецессия», многое поменяла в национальном сознании. Общий объем долга американских домохозяйств не вырос, а сократился. Люди, доходы которых уменьшились во время рецессии, услышали правильный сигнал и сократили потребление. Кстати говоря, именно поэтому экономика не растет так быстро, как хотелось бы: с точки зрения экономики, пьяный матрос – самый правильный потребитель. Мы перестали покупать слишком большие дома и менять новые машины на еще более новые. Мы начали считать деньги и открыли для себя купоны. Мы отказываем себе в новой одежде и бытовой технике. Но сколько же можно! Устали.

Это случается не в первый раз в новейшей истории. Вспомните семидесятые годы! Лично я в это время в Америке не жила, но, по крайней мере, читала Апдайка – он жил. Картеровский кризис, очереди на бензоколонках – все это было! Жили тогда гораздо скромнее – и дома были меньше, а уж телевизоры – и подавно. Хватило нас ненадолго. Восьмидесятые годы принесли с собой дешевый бензин (это я застала, слава богу) и машины размером с бронетранспортер. Эх, гуляй, рванина, от рубля и выше! Помните историю в новостях, когда 80-летнему пенсионеру отвалили полумиллионную ипотеку на 30 лет? Я помню. Всего за 8-10 лет американцы настолько устали скопидомничать, что их понесло вразнос. Ну и тут, конечно, как выражаются экономисты, на нас на всех пришла коррекция…

Очень хорошо высказался Марк Твен: «история не повторяется, но она рифмуется». Сейчас, кажется, покатила рифма.

Зайдите в любой большой магазин, а еще лучше, в следующую субботу прогуляйтесь по ближайшему моллу. Вы, конечно, увидите то, что еще недавно было трудно увидеть: толпу измученных потребителей с пакетами в обеих руках. Они почувствовали, что денежная ситуация чуть-чуть полегчала и бросились тратить денежку. И не сэкономленную, отложенную на целевую покупку, а пластиковый кредит.

– Эх, была не была! – воскликнул пьяный матрос. – Бей посуду, я плачу!

Недавно на меня напал хозяйственный раж, и я принялась убирать в квартире. Не подумайте плохого, особенного бардака не было, но совершенства все-таки захотелось. Руки, наконец, дошли и до шкафов с одеждой. Я убила на них полдня – выгребала и выгребала. Думаю, что вам в подобной ситуации приходят те же самые мысли, что и мне. А именно: зачем человеку столько шмоток? Носками, во всяком случае, мы могли бы обеспечить танковую роту – пожалуй, мотострелковую бы еще не потянули… Что касается женских вещей… гм-м, читатель. Одна маленькая деталь: сумочки у нас в доме некуда девать, и я их превратила в элемент декора: развесила на стенке у дочери в комнате. Частично. Стен у нас не так много…

Это я к чему? Я еще не готова заявить о том, что я устала от недостатка потребления. Пока я получаю удовольствие от лишней двадцатки, оставленной не в магазине, а на банковском счету. Конверты с предложением взять новую кредитную карточку, нераспечатанные, отправляются прямиком в мусорное ведро. Может быть, я не патриот, потому что не желаю помогать экономике выйти из кризиса?  Хорошо – не считайте меня патриотом! И коммунистом… Или считайте. Хоть горшком назови, только в печку не ставь. А история пускай себе дальше рифмуется.

Полный текст

11 сент. 2012 г.

Всякий пузырь когда-нибудь лопнет

Искусство преувеличивать уже не считается роскошью в современном воспитании: оно входит в число обязательных предметов, совершенно необходимых для битвы жизни.

Преувеличивают все. Преувеличивают всё – от количества ежегодно продаваемых велосипедов до количества язычников, которые ежегодно обращаются в христианство, уповая на спасение души и обилие виски. На преувеличении зиждется наша торговля, наше искусство и литература, наша общественная жизнь и существование нашего государства.

Мы так низко пали, что теперь уже не только преувеличиваем, но и силимся поступать соответственно, чтобы оправдать нашу ложь. Мы называем это «поддерживать видимость». Сколько горечи в этой иронии и какой это удачный термин для обозначения нашего ребяческого безрассудства!

С течением времени, научившись этому фокусу, мы уже распускаем все паруса и сорим деньгами, как индийские раджи, или, вернее, делаем вид, что сорим, ибо теперь мы уже умеем покупать кажущееся на кажущееся и приобретать видимость богатства при помощи видимости денег. И милый старый «свет» (благослови его Сатана, как свое родное детище, – в чем я и не сомневаюсь – сходство неоспоримое, во всех деталях) смотрит и рукоплещет, и смеется нашей лжи, и поддерживает обман, и втайне радуется при мысли о том ударе, который рано или поздно должен нанести нам тяжкий, как у Тора, молот Истины.

И все веселятся, как на празднике ведьм, пока не забрезжит серое утро.

Истина и факты устарели, друзья мои. Они несовременны, ими способны жить только скучные и вульгарные люди. Мы все теперь поумнели. Что нам реальность! – подавайте нам видимость. Мы презираем серо-бурую твердую землю и строим нашу жизнь и наши воздушные замки в такой прекрасной с виду радужной стране грез и химер.

Для нас самих, засыпающих и просыпающихся по ту сторону радужного моста, в таком замке нет никакой красоты – один лишь холодный, влажный туман и вдобавок неотступный страх, что вот-вот золотое облачко растает и мы упадем на жесткую твердую землю и, без сомнения, ушибемся.

Но что такое наш страх, наше тяжелое самочувствие, когда наш призрачный замок в облаках кажется другим прекрасным и радужным! Труженики полей смотрят на нас снизу вверх и завидуют нам. Раз они убеждены, что нам стоит завидовать, как же нам не быть довольными. Ведь нас же учили жить для других, а не для себя, – и мы добросовестно поступаем так, как нас учили.

Да, Король Притворства – поистине могущественный самодержец. Так будем же строить храмы из черных теней, где можно поклоняться ему, надежно укрывшись от дневного света. Вознесем его высоко на бутафорском щите. Да здравствует наш трусливый, двоедушный владыка – достойный вождь для таких воинов, как мы. Да здравствует Царь Лжи, помазанник божий. Да здравствует бедный Король Видимости, перед которым весь мир преклоняет колени!

Но только эту видимость действительно надо «поддерживать». И даже очень старательно. В нашем бедном кумире нет ведь ни жил, ни костей. Будем же проводить свою жизнь в том, чтобы поддерживать его, служить ему, возвеличивать его, надувать его воздухом и ничем, пока он не лопнет – и мы с ним вместе.

Потому что всякий пузырь когда-нибудь да лопнет, особенно если он слишком уж раздулся. На то он и пузырь. Но пока что он властвует над нами, и мир, чем дальше, тем больше становится миром преувеличения, и лжи, и притворства, и тот, кто всех искусней преувеличивает, и притворяется, и лжет, – тот и больше и сильнее всех.

Батюшки! Как все мы кричим, бьем в барабан и восхваляем свой товар! И никто не верит ни единому нашему слову, и люди спрашивают друг друга: «Как нам узнать, который из этих хвастунов самый умный и самый великий?»

И отвечают друг другу: «Ни одного тут нет ни умного, ни великого. Умные и великие люди не здесь: им не место среди этих взбесившихся шарлатанов и крикунов. Люди, которых вы видите здесь, не более как горластые петухи. Кто из них кричит всех громче и дольше, тот, должно быть, и лучше всех: это единственное мерило их достоинств».

Что же нам остается делать, как не кричать по-петушиному? И тот из нас выше и краше всех, кто всех громче и дольше кричит, восхваляя себя на этой навозной куче, которую мы называем миром.

Джером К. Джером, «Часы»

Берлинский аэропорт: национальный позор

Кризис эгоизма не обошел и Германию. На очереди, видимо, Скандинавия…

Власти Берлина сегодня объявят об очередном, уже четвертом переносе сроков сдачи в эксплуатацию нового столичного аэропорта.

То, что русскому обычный долгострой, для немца – тяжелый удар, ведь речь идет, ни много ни мало, о железном немецком порядке и пунктуальности. Что же случилось с вечными ценностями?

Новый берлинский аэропорт признан архитекторами самым современным в мире. По сути, это целый город: надземные развязки и подземные вокзалы, этажи магазинов и офисов. Есть все, но на бумаге. На деле – бетонные декорации и почти ни души, лишь гастарбайтеры без дела.

Аэропорт, что был призван стать воплощением немецкого технического гения, всем обещаньям вопреки не открылся ни в 2010-м, ни в 2011-м. Не откроется, как признали сегодня власти Берлина, и еще больше года. Проблемы с проводкой, системой пожаротушения, обанкротившимися подрядчиками и с руководством. Руководство не только не увольняли, но и повысили ему зарплату – 550 тысяч евро в год. Больше, чем канцлер Меркель, зарабатывает теперь отвечающий за стройку Райнер Шварц.

Антон Хофрайтер, глава транспортного комитета Бундестага: «С немецким порядком тут стряслось то, что происходит всюду. Где нет контроля над тем, что творит исполнительная власть, начинается разгильдяйство. В итоге каждый месяц такого простоя – это 20 млн евро».

Хотя на горизонте маячит новая дата, октябрь 2013, все обязательства нарушены, все сметы истощены. Ключевой инвестор – Берлин – и так погряз в долговой яме, а эта стройка тянет казну вовсе в самую пропасть. В местной прессе проект, который должен был стать гордостью Германии, уже окрестили «национальным позором». Если аэропорт не откроют и в следующем году, для правящих в Берлине христианских и социал-демократов, эта «взлетка» вполне может стать дорогой на вылет.

http://www.ntv.ru/novosti/330202

10 сент. 2012 г.

Одна цитата дорогого стоит

«Сегодня мы живем в стране, где врачи уничтожают здоровье, юристы уничтожают правосудие, университеты уничтожают знание, правительства уничтожают свободу, пресса уничтожает информацию, религии уничтожают нравственность, а наши банки уничтожают экономику».

Крис Хеджес (Chris Hedges), американский писатель и журналист, лауреат Пулитцеровской премии (2002)

Chris

LinkWithin

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...