Мы в Google+
Показаны сообщения с ярлыком эмиграция. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком эмиграция. Показать все сообщения

22 окт. 2014 г.

Берлинский аврал: хороший, плохой и нелепый

В Израиле разразились широкие общественные дебаты, после того как в Фейсбуке возникла страница, пропагандирующая массовый переезд в Берлин как панацею от дороговизны жизни. Предлагаем вашему вниманию перевод статьи израильской блогерши, известной как «Солидная».

В социологии и психологии термин Agency (свобода действия) означает степень способности человека действовать самостоятельно, вразрез с социальным диктатом. С другой стороны, термин Structure (структура) относится ко всем тем системным переменным, которые очевидно ограничивают степень способности индивидуума влиять на свою жизнь и контролировать свою судьбу.

Человек развивает свободу действия, когда верит, что его шансы на успех повышаются по мере того, как он прикладывает бóльшие усилия (даже если и нельзя предсказать будущее).

В противоположность этому, человек, привыкший считать, что ему «всё положено по праву» или что есть некая высшая сущность (государство, бог…), которая должна заботиться обо всех его нуждах, – никогда не разглядит связи между личными усилиями и своими шансами на успех. В этом контексте, структура затмевает всякую крупицу свободы действия – в ответе система, в ответе правительство, в ответе люди со средствами.

Так свобода действия уступает место пораженчеству, которое, в свою очередь, ведет к выученной беспомощности[1], свойству, от которого страдают в том числе те, кто упустил необходимый этап при переходе от детства к зрелости.

Случайно или нет, это является также ярко выраженным признаком левого экономического лагеря в Израиле и составляющих его подгрупп, которые в последние годы вместе диктуют тематику общественных дискуссий.

  1. Малая группа довольно сильных и богатых людей – высшие чиновники госаппарата, представители СМИ, профессора экономики и т.д. Эта группа связывает симпатии к экономическим невзгодам других с широким спектром прочих политических интересов.
  2. Более крупная группа вечно заблудших, которая снова и снова принимает плохие экономические решения, не беря в расчет их катастрофических последствий. Когда действительность «взрывается» у нее перед глазами, эта группа ждет помощи от других.

«Социальный протест» в 2011 году вырос на фоне невзгод, которые испытывали представители второй группы вследствие серии «взрывов» вышеуказанного характера. Представители первой группы выбивались из сил, чтобы раздуть эти невзгоды до итоговых масштабов, используя представителей второй группы в качестве лица протеста.

А полный провал протеста стал следствием, прежде всего, отсутствия свободы действия.

Обсуждение тогда, как и сейчас, велось в марксистских терминах центра и периферии, эксплуататоров и эксплуатируемых. Гнев изначально направлялся наружу. Ни слова критики не было сказано о цепочке личных решений, которые довели каждого из демонстрантов до экономических невзгод. Не было ни крупицы внутреннего анализа или самоотчета. И тени сомнения не были подвергнуты слепые шаги по потребительской стезе.

Если и есть доля правды в утверждении о том, что средний класс является «боксерской грушей» для класса правящего, это потому, что средний класс позволяет другим попирать себя, но отказывается от необходимости измениться. Решение, как было сказано тогда, кроется в «изменении системы»: государство несет исключительную ответственность за наши невзгоды – а следовательно, измениться должно именно оно.

Левые усиливаются?

На этом фоне «берлинский диспут» отражает перемены в традиционном «общественном» дискурсе.

Причина этого в том, что эмиграция по экономическим соображениям является шагом, целиком базирующимся на вере в собственные силы и способности перед вызовами системы. Эмигранты, по определению, движимы силой свободного действия. Эмигрант принял решение эмигрировать несмотря на все сопряженные с этим трудности, и тем самым взял на себя ответственность за свою судьбу, вместо того чтобы броситься в палатку протеста и возопить к кому-то о помощи.

Успешная эмиграция зависит от эффективного использования географического арбитража, т.е. способности извлекать пользу из разницы в ценах между двумя рынками. Это использование разрывов должно реализовываться и в доходах (эмиграция в страну, где зарабатывают больше, чем в Израиле), и в расходах (эмиграция в страну, где дороговизна жизни меньше, чем в Израиле). Так или иначе, повышая уровень своей экономии, эмигрант в той же мере напрямую повышает свои шансы быстрее достичь экономической самостоятельности.

В свете этого, я не предъявляю никаких претензий – моральных, идеологических или иных – людям, решившим эмигрировать из государства Израиль по экономическим соображениям. Время – самый дорогой ресурс, и чем быстрее можно достичь экономической самостоятельности, тем лучше, даже если это сопряжено с временным или постоянным выездом за пределы страны.

Более того, полагаю, что человек, проживший несколько лет за рубежом, обретает особый взгляд как на целевую страну, так и на страну исхода, что позволит ему, в конечном итоге, решить, где завести свой дом.

Специфика личности человека необязательно совпадает с его загранпаспортом. Решив, в конечном счете, жить в Израиле, хотя мой характер не совпадает с местной культурой, я отлично понимаю людей, решивших иначе.

Эмиграция – суть индивидуальный упреждающий шаг, который делается из чувства ответственности человека перед собой. В этом смысле, дискуссия на данную тему демонстрирует возмужание социалистического движения – хотя бы потому, что отражает осознание способности индивидуума влиять на свою судьбу.

По-видимому, нет

Проблема возникает тогда, когда личное становится общим – когда тот же самый индивидуальный, сложный шаг сбывается как коллективное, универсальное, простое и немедленное решение всех социальных недугов Израиля.

Человек беспомощный (лишенный свободы действия) всегда ищет быстрого и легкого пути из точки А в точку Б. Эмиграция в чужую страну, как уже сказано, – это сложный шаг, требующий раздумий, планирования, а также практической и ментальной подготовки. Когда возможность эмиграции внезапно предстает в качестве самого короткого и простого пути – это рецепт катастрофы. Тем более если решение принимается из слабости (жертвенная слабость, разбавленная в протесте), а не из силы (свобода действия и ощущение собственного потенциала).

Коллективизация эмиграции призвана не посодействовать индивидууму, а более всего – боднуть систему. Акцент делается на массе, а не на отдельных людях: «Перевезем триста тысяч израильтян в Берлин, давайте в аэропорт» – призывает Фейсбук-страница «Переезжаем в Берлин». Но что случится с этими тремястами тысяч после переезда? Это на самом деле не важно. Мы своего достигли. «Общее благо» превыше всего. Индивидуум, как и всегда, – всего лишь пешка в игре.

11 сент. 2014 г.

Массовое бегство американцев из США

Многие американцы сегодня предпочитают бегство из Соединенных Штатов.

По приблизительным данным, за пределами США уже проживают около шести миллионов американских граждан. Каждый месяц это число увеличивается на 150 тысяч человек.

У американских властей за последнее время сложилось весьма неоднозначное отношение к своим соотечественникам, проживающим за рубежом. По их мнению, последние «увиливают» от уплаты налогов, а потому к ним применяется «особое отношение» в виде различных штрафов и притеснений. Многие решаются отказаться от американского гражданства, что, оказывается, тоже сделать не так просто и может быть довольно затратно.

Среди причин, по которым граждане США бегут из своей родной страны, исследователи называют:

  • тотальный беспредел полиции (сегодня в американских тюрьмах содержится больше заключенных, чем в сталинских лагерях);
  • отсутствие социальных гарантий;
  • насквозь прогнившую систему здравоохранения.

Американские власти борются с полномасштабным исходом американцев из «оплота демократии» привычными для них способами – путем наложения ограничений на выезд на всех, у кого есть хоть какие-либо задолженности перед банками или государством. Такая политика Вашингтона лишь увеличивает количество причин, по которым американцы стремятся покинуть США.

http://ru.journal-neo.org/2014/09/07/us-throws-up-roadblocks-for-those-wishing-to-leave

US Throws up Roadblocks for Those Wishing to Leave

25 авг. 2013 г.

Как умирает Болгария

Дарья Асламова

36-летний фотограф, альпинист и революционер с романтическим именем Пламен. Когда в его маленькой, по-кроличьи кроткой Болгарии дела пошли совсем туго, Пламен облил себя горючим и совершил публичный акт самосожжения на площади перед мэрией в городе Варне. В знак протеста против нищеты, коррупции, несправедливости и пренебрежения властей. Если его страна умирает, зачем тогда жить?

Он уходил долго и мучительно, а вся Болгария стенала, плакала и молилась за него в православных храмах. «Пламен погас», – написали газеты после смерти Пламена Горанова.

Его смерть была не единственной. Еще пять человек вспыхнули живыми факелами в конце мучительной зимы. Среди них – отец пятерых детей 53-летний Венцислав Василев, потерявший работу (судебные приставы должны были описать имущество семьи в счет долга за «коммуналку» – 219 евро за воду), и безработный Траян Петров (ему было всего 26 лет).

– Такого никогда не случалось в болгарской истории! Повторяю: никогда! – с горечью восклицает легенда болгарской журналистики Валерий Найденов. – Мы христианская страна, незнакомая с радикализмом и фундаментализмом. Самосожжения людей – нечто неожиданное и шокирующее. Для христиан вообще политический суицид неприемлем. А у нас нет сомнений, что эти самоубийства – политические. Если вы хотите убить себя, есть масса других, безболезненных способов. При самосожжении человек не умирает сразу. Это две недели пыток и самая страшная агония на свете.

Что же случилось с Болгарией, когда-то благодатной, процветающей землей? И что случилось с болгарами – самым терпеливым и покладистым народом Европы?

Как холодильник победил телевизор

– В январе нам совсем пришлось туго, – вздыхает моя подруга Светла. – Люди получили счета за электроэнергию, в два раза превысившие пенсии. А значит, если пенсионер даже перестанет есть, он все равно не сможет оплатить счет. Когда дело дошло до реальной угрозы голода и холода (многие квартиры отапливаются электричеством), десятки тысяч людей по всей стране вышли на улицы. Началась «электрическая революция». Как остроумно выразился один местный политик: пустой холодильник наконец-то победил телевизор. Невозможно накормить людей речами о «европейских демократических ценностях». Но пришла весна, и телевизор, кажется, снова побеждает.

– У нас есть выражение «ухватиться за зелень», – говорит экономист Димитр Събев. – С приходом тепла мы «схватимся за зелень» и переживем лето. У каждого есть огород, домашнее хозяйство или как минимум родственники в деревне. Но по осени, с окончанием «зеленки» и началом отопительного сезона, протесты начнутся снова.

– Наше общество живет в плену мифов и заклинаний и отвыкло критически смотреть на события. Оттого мы все несказанно удивились, что люди вдруг спонтанно вышли на улицу, – говорит тележурналист Иво Христов. – Больше всех удивилось правительство, которое немедленно подало в отставку и уже в феврале оставило протестующих без оппонентов. Это был ловкий ход. То есть можно гневаться и кричать – только против кого? Были объявлены срочные выборы, чтобы гражданская энергия не успела вылиться в создание новых структур и партий. Весь политический класс организовал своеобразную искусственную засаду, оставив народу лишь пару месяцев на размышление. Тут же по испытанным политтехнологиям протестующих разбили на маленькие группы, вбросив множество партий-подделок и фальшивых псевдолидеров-крикунов, возникших ниоткуда и ведущих в никуда. Граждане потеряли смелость и устали.

Выход один – бежать из страны

– Как-то вы очень быстро устали, – замечаю я.

– Просто гнев опередил осознание проблемы. Люди вышли на протест не как граждане, у которых есть ясные ценности, а как разгневанные потребители. Они помахали руками, покричали и утомились. Мы, болгары, вообще завзятые конформисты и подражатели. Мы не ведущие, мы ведомые. Обожаем копировать сильных и идти за ними след в след. До 1989 года, когда СССР был в силе, в Болгарии миллион (!) человек состояли в Коммунистической партии – это при общем населении 9 миллионов человек. Теперь образ рая предлагает ЕС, хотя бескритичность в отношении него сильно поколебалась. Болгария рада быть членом Евросоюза только по одной причине – мы можем перейти границу.

Болгары предпочитают спасаться поодиночке. Популярна шутка: «У Болгарии есть два выхода из кризиса – терминал 1 и терминал 2 в аэропорту». Молодые, талантливые и упрямые пакуют вещи и бегут без оглядки, оставляя стариков умирать в деревнях. Север страны, где безработица, по официальным данным, составляет 60% (!), обезлюдел. Редкие туристы сравнивают его с мертвой чернобыльской зоной.

За последние двадцать лет страну покинули два миллиона человек, и население Болгарии сократилось до семи миллионов. Страна потеряла больше людей, чем за две мировые войны. Но это не предел. Экономический кризис совпал с ужасающей по масштабам демографической катастрофой. К 2060 году население Болгарии составит всего 5 миллионов человек (из них полтора миллиона – цыгане). Болгары как единый народ с его древнейшей православной культурой обречены.

– В прошлом году родилось всего 62 тысячи детей, – говорит тележурналист Иво Христов. – Это самая низкая рождаемость с 1945 года. Болгария тает быстрее всех европейских стран. Хуже результат только у Эстонии. За всю свою 1300-летнюю историю наша страна никогда не была так близка к распаду.

– Неужели сейчас хуже, чем под турками? – удивляюсь я.

– Хуже. Демографический и экономический кризисы совпали с моральным разложением. Общество сейчас гораздо глубже развращено, чем во времена турецкого ига, когда весь народ объединяла идея борьбы за освобождение.

– А что вы от нас хотите? Болгары – тихий народ, – в глазах у известного публициста Светослава Терзиева мелькают искорки иронии. – У нас пятьсот лет было турецкое иго. Мы привыкли. Потом пришла Россия и освободила нас. Позже мы спелись с немцами, но они оказались плохими союзниками. От них нас освободила Красная Армия. Вместе с ней пришел СССР, который в 90-е годы сам нас от себя освободил. Сейчас к нам приехали 300 тысяч русских и купили здесь дома. Мы очень довольны. Русским здесь будет хорошо среди людей, которые их понимают и любят. Какое у нас будущее? А зачем о нем думать? Пережили день до вечера, и это неплохо. Мы, болгары, привыкли сидеть и ждать, когда нас спасут.

Как они дошли до жизни такой

В начале девяностых, когда рушилась империя СССР и распадался на куски восточноевропейский блок, за процессом пристально и торжествующе холодными, жадными глазами наблюдал КАПИТАЛ. Перед монополиями открывались новые захватывающие перспективы. Во-первых, финансовый кризис откладывался на целых двадцать лет. Во-вторых, крушение железного занавеса открывало дорогу к всемирному господству олигархии под соусом «глобализации» и «свободы рынка» (так называемый «Вашингтонский консенсус» 1989 года).

– У Советского Союза был свой резон помогать Болгарии, – говорит социолог Кънчо Стойчев. – В силу исторических причин (в XIX веке русские положили двести тысяч солдат за освобождение страны от турецкого ига) Болгария была единственным честным союзником СССР. Нам настолько доверяли, что здесь даже не было советской военной базы. Во времена социализма Болгария превратилась в мощную индустриальную страну с развитой военной и даже высокотехнологичной промышленностью. Мы были единственным членом СЭВ (Совет экономической взаимопомощи), производящим компьютеры! Наращивание таких промышленных мускулов у столь маленького государства можно даже назвать гипериндустриализацией. А теперь представьте: Горбачев выбрал другую дорогу, и Болгария осталась одна. Советский рынок схлопнулся и полностью закрылся для нас. В Болгарии случился коллапс: все заводы разом встали!

– Я помню последнюю историческую сессию СЭВ в 1990 году в Софии, – вспоминает журналист Валерий Найденов. – Советскую делегацию возглавлял Николай Рыжков. Он спокойно заявил, что торговля за переводные рубли между странами СЭВ прекращается. Валютой должен служить доллар, а цена за любой товар должна быть не ниже мировой. Люди в зале были растеряны. Ошеломленная чешская делегация заявила: «Но в таком случае нам придется выйти из СЭВ?!» А Рыжков ответил: «Ну и выходите. Да пожалуйста!» Словом, скатертью дорога! Через несколько лет после распада восточноевропейского блока Болгария лежала в руинах.

27 июн. 2013 г.

Антисемитизм бьет новые рекорды в Европе

Новый доклад говорит, что 26% европейских евреев подвергались преследованиям в прошлом году и многие рассматривают возможность репатриации, поскольку они больше не чувствуют себя в безопасности.

Тревожный доклад, представленный правительством в воскресенье показал, что многие евреи в Европе в последние месяцы ощущают, что антисемитизм там находится на подъеме, и открывает новые страницы история этого явления.

Опрос на предмет антисемитизма проводился от имени Агентства Европейского союза по Основным правам в девяти странах Европы.

По его результатам 26% евреев ощутили на себе проявления антисемитизма по крайней мере один раз в прошлом году, 34% сталкивались с этим явлением хотя в последние пять лет, 5% сообщили, что их собственность пострадала от действий вандалов из-за их еврейства, около 7% столкнулись с физическим насилием или угрозами за последние пять лет.

В результате от 40% до 50% евреев во Франции, Бельгии и Венгрии заявили, что они рассматривают возможность репатриации, поскольку они больше не чувствуют себя комфортно и безопасно.

Согласно докладу, который был представлен в воскресенье израильскому правительству, евреи Европы более пессимистичны в отношении своего будущего, чем они готовы признать, и евреи по всему континенту не чувствуют себя в безопасности.

По мнению авторов доклада, анализируя ситуацию в Европе можно прийти к выводу, что ситуация будет только ухудшаться. Согласно докладу, недавно около 300 еврейских семей из Франции перебрались в Монреаль и еще 120 в Лондон.

В свете ситуации, JPPI считает, что многие евреи будут рассматривать возможность иммиграции в Израиль, и рекомендует правительству предпринять ряд шагов для того, чтобы поощрять эти шаги. В частности, рекомендуется: снять бюрократические препоны признания научных степеней, полученных за рубежом, облегчить абсорбцию иммигрантов с профессиями, требующими лицензирования, и изменить практику, когда каждый иммигрант автоматически попадает в призывной список.

JPPI также предлагает поощрять и упростить процесс принятия гиюра для неевреев (со всего мира), которые находятся в браке с евреями.

http://www.mignews.com/news/society/world/240613_194412_58248.html

4 мар. 2013 г.

Российская молодежь: без будущего

Молодежь В четверг в РИА «Новости» прошла пресс-конференция, посвященная проведенному исследовательским центром «Лаборатория Крыштановской» социологическому исследованию на тему «Ментальность российской молодежи: политические ориентиры и кумиры».

Как пояснила основатель и директор центра, доктор социологических наук Ольга Крыштановская, исследование было посвящено не только тому, «как молодые люди относятся к власти», но и «как они живут, чувствуют ли они себя счастливыми, удовлетворенными».

В опросе участвовали 425 респондентов возрасте от 17 до 30 лет. Среди участников исследования – студенты-гуманитарии, студенты-технари, рабочие и специалисты.

У молодежи «всё ужасно»

В ходе исследования выяснилось, что сегодня у молодежи массовый тренд – считать себя безработными. «Они находятся вне какого-то социального эскалатора», – заметила Ольга Крыштановская. Это раньше «пришел в школу учителем и можешь до пенсии работать, постепенно повышая свою квалификацию, то же самое – врач». Теперь вместо этого «какие-то подработки, которые сегодня есть, завтра нет, человек не видит, что он двигается куда-то».

Учителя работают репетиторами, юристы – свободными консультантами, журналисты уходят на фриланс. То есть произошло «нарушение маршрутизации жизни, человек не чувствует, что встал на какой-то определенный путь, и жизнь будет дальше развиваться по определенному сценарию». Да и в целом, отметила Крыштановская, российское общество находится в состоянии аномии – когда нет четкого понимания ни структуры общества, ни своего места в ней, ни принципов своего возможного перемещения внутри этой структуры.

Из-за этого преобладающие чувства, которые испытывает молодежь, – разочарование и неопределенность. Что касается политических пристрастий, то молодые люди мало интересуются политикой, в основном, считают себя либералами, но при этом не любят ЛДПР. «Маркировка некоторых партий неправильна, и это усугубляет чувство неуверенности и отчужденности», – считает Крыштановская.

Политиков молодежь считает коррупционерами, при этом Россия в их представлении – великая держава, но она катится в пропасть: «Да, у России великое прошлое, великое будущее, однако сегодня она находится в глубоком кризисе».

Негативная лексика у опрашиваемых преобладала над позитивной: «Все плохо», «Все ужасно», «Будет еще хуже». Таким образом, у молодежи превалирует «катастрофическое сознание», констатировали исследователи.

Больше всего молодых россиян бесит в стране бедность и коррупция: юношей больше раздражает коррупция, а девушек – бедность. «Причем бедность несправедливая. Все, конечно, понимают, что в любой стране есть бедные, но когда человек всю жизнь честно отработал на шахте или в школе, а потом заканчивает свою жизнь бедняком, то такая бедность воспринимается как несправедливость. Коррупция где-то там далеко, ее по телевизору показывают, а бедность – это бабушки и дедушки, это родители, с этим молодые россияне сталкиваются ежедневно», – пояснила Крыштановская.

Что касается отношения к конкретным политикам, самым влиятельным из них молодые россияне считают президента. А значит, он и несет самую большую ответственность за нищих бабушек и дедушек, коррупцию, застрявшую на социальном эскалаторе молодежь и поступательное движение всей страны в пропасть.

Треть опрошенных заявили о желании эмигрировать

«Треть опрошенных заявила, что хотят эмигрировать. Причем мы заметили, что такое желание высказали те, кто реже всего куда-либо ездил», – сказала Крыштановская, добавив, что сначала молодые люди хотят переехать в Москву, а затем уже в Европу и США.

Исследования также показали, что среди молодежи стало модным критиковать власть и политическую систему. «Однако, мы пришли к выводу, что молодые люди совершенно не представляют как устроено государство, какие цели выполняют политические институты».

Молодежь также не выражает ярого желания участвовать в акциях протеста. «Среди причин называется бесполезность, опасность, недоверие к лидерам оппозиции». Кроме того, среди представителей оппозиции нет ни одного явного лидера, за которым бы пошла молодежь.

http://ria.ru/society/20130228/925121370.html

http://www.utro.ru/articles/2013/03/01/1104277.shtml

29 сент. 2012 г.

Шведская болезнь: израильский взгляд на исламскую Европу

Цви Йехезкели Шведская болезнь – специфически извращенный вид европейской «политкорректности», отказывающийся замечать растущее влияние ислама в Европе.

«Шведской болезнью» заражена не только Швеция – речь идет практически обо всех странах «старой» Европы, которые на протяжении нескольких последних десятилетий подверглись нашествию иммигрантов из мусульманских стран. Любой вид иммиграции создает проблемы и имеет негативные эффекты. Никакая другая иммиграция, кроме иммиграции мусульманской, не пытается навязать принимающей стране свои принципы, свой образ жизни и свою религию.

Журналист 10-го канала израильского ТВ Цви Йехезкели снял документальный сериал «Аллах, ислам». Йехезкели, свободно говорящий на арабском, известен своими интервью с палестинскими террористами в разгар второй интифады. Йехезкели сделал то, чего до него не додумался или не решился сделать ни один европейский журналист. Воспользовавшись классической тактикой спецназа израильской армии, Цви прикинулся арабом и снял серию репортажей из сердца исламской Европы – из Мальмо, Копенгагена, Монферме (пригорода Парижа в котором вспыхнули мятежи 2005 года) и Брюсселя.

Йехезкели не пытается очернить всю исламскую эмиграцию, однако не боится говорить то, о чем сама Европа предпочитает умалчивать.

Первая часть сериала повествует об арабских иммигрантах в Европе и дает представление о том, как они сами относятся к происходящему.

По материалам: Postskriptum

12 сент. 2012 г.

10 западных мифов о мусульманах

А может быть, и впрямь не всё так плохо?

Даг Сондерс, Huffington Post, США

В своей новой книге «Миф об исламской волне» я описываю широко распространенные на Западе ложные представления о мусульманской иммиграции. Я вижу, что, как это раньше было с евреями и католиками, мусульмане воспринимаются как люди, не способные интегрироваться в общество; как быстро воспроизводящаяся сила, проповедующая религию, которая представляет собой скорее идеологию завоевания, чем веру. При помощи самых современных фактов и цифр я демонстрирую гораздо менее тревожную правду о новоприбывших.

Вот 10 стандартных мифов о мусульманах на Западе:

1. Среди исповедующих ислам выше коэффициент рождаемости, чем среди приверженцев другой религии. Они захватят мир своим количеством.

Два поколения назад казалось, что исламским странам грозит бесконтрольный рост населения. Люди говорили об «исламском показателе плодовитости» – в среднем более пяти детей на семью – и предсказывали, что планета запестрит шпилями минаретов.

Сегодня же очевидно, что ислам не связан с ростом численности населения. Просто взгляните на Иран, единственную в мире исламскую теократию, где в 1980-е годы в среднем на семью приходилось семь детей, а сегодня – 1,7. Это – меньше, чем во Франции или Великобритании. Или возьмите Объединенные Арабские Эмираты, там на семью приходится 1,9 ребенка. Или Турцию, в которой уже десять лет правит партия религиозных мусульман: сегодня там – 2,15 ребенка на семью. В Ливане, невзирая на подъем Хезболлы, в среднем на семью приходится лишь 1,86 ребенка (то есть, население будет сокращаться).

В среднем по миру размер средней мусульманской семьи сократился с 4,3 ребенка на семью в 1995 году до 2,9 в 2010 году. Ожидается, что показатель станет ниже необходимого для роста населения, и размер исламской семьи приблизится к размеру западной семьи к середине века. Это критический признак того, что исламские общества переживают крупную волну модернизации и секуляризации – даже если они при этом продолжают избирать исламистские партии.

2. Иммигранты из мусульманских стран нас поглотят.

Люди смотрят на огромные семьи новых мусульманских иммигрантов и представляют, что их количество возрастет в геометрической прогрессии. Однако это, скорее, иллюзия – так же, как и другие цифры, указывающие на то, что у мусульманских иммигрантов коэффициент рождаемости выше, чем на их родине. Это объясняется тем, что большинство новых иммигрантов рожают большую часть своих детей в годы сразу же после своего приезда. Общий коэффициент рождаемости – определение размера средней семьи – высчитывается при помощи общего числа детей у женщины и распределении их на всю продолжительность ее жизни в детородном возрасте. Потому кажется, что у иммигрантов больше детей, чем на самом деле.

На самом деле размер семей мусульманских иммигрантов быстро приближается к размеру семей средних представителей Запада – даже быстрее, чем это было в случае еврейских или католических иммигрантов в свое время. На настоящий момент мусульмане во Франции и Германии имеют лишь 2,2 ребенка на семью, это чуть превышает средние показатели по странам. И, хотя иммигранты из Пакистана в Британии имеют по 3,5 ребенка, их дочери, рожденные в Британии, имеют лишь 2,5. По всей Европе различие между мусульманским и не-мусульманским коэффициентом рождаемости снизилось с 0,7 до 0,4, и скоро цифры сойдутся по всему континенту.

3. Мусульмане станут большинством в странах Европы.

На самом деле сейчас есть несколько серьезных гипотез на основе тенденций роста населения и уровня иммиграции, которые демонстрируют, что мусульманское население Европы растет все медленнее, и что к середине этого столетия, даже если коэффициент иммиграции не сократится, доля мусульман в Европе будет равняться примерно 10% (сейчас она составляет 7%). К тому моменту размер и возрастной состав мусульманских семей будет мало отличаться от средних показателей по Европе.

4. Мусульмане станут господствующей группой «аутсайдеров от культуры» в США.

Несмотря на истерическую риторику Ньюта Гингрича (Newt Gingrich), Мишель Бахманн (Michelle Bachmann) и прочих, мусульмане в Штатах – не просто очень маленькая группа, но одна из наиболее интегрированных социальных групп в стране, особенно если учесть, что 69% американских мусульман – это иммигранты в первом поколении, а 71% этих иммигрантов прибыли после 1990 года.

Сегодня в США – лишь 2,6 миллиона мусульман. К 2030 году их численность вырастет примерно до 6,2 миллиона (потому что мусульмане молоды и плодовиты), к тому моменту мусульмане будут составлять 1,7% населения. То есть, почти столько же, сколько иудеи и принадлежащие к епископальной церкви.

Хотя они в стране новички, американские мусульмане имеют тенденцию быть образованными и успешными в экономическом смысле. У 40% из них есть диплом об окончании колледжа, они – вторая самая образованная группа в стране после евреев, гораздо более образованная, чем американцы в целом. Лишь 29% американцев имеют дипломы о высшем образовании.

5. Мусульманские иммигранты на Западе придерживаются тех же отсталых взглядов, что мусульмане на Ближнем Востоке и в Пакистане.

На самом деле, после переезда мусульмане резко меняют свои культурные взгляды. Например, 62% американских мусульман говорят, что «можно придумать такой способ существования Израиля, который бы учитывал права палестинцев». Это лишь чуть меньше, чем процент полагающих так же американцев – в среднем (67%), и гораздо больше, чем среди ближневосточных мусульман – там с этим утверждением согласны от 20% до 40%.

Схожим образом, 39% американских мусульман и 47% германских мусульман говорят, что терпимо относятся к гомосексуальности. Сравните эти показатели с теми, которые демонстрируют большинство исламских стран. Причем, цифры растут с каждым поколением иммигрантов. По этим важным вопросам исламские иммигранты быстро приближаются к принятию западных ценностей.

6. Мусульмане-американцы более верны своей религии, чем своей стране.

Это правда, что 49% американцев с мусульманскими корнями говорят, что считают себя «в первую очередь мусульманами, а во вторую – американцами», а 47% утверждают, что по пятницам посещают мечеть. Однако, следует сравнить эту статистику со статистикой по американским христианам, 46% которых говорят, что считают себя «в первую очередь христианами, а затем только американцами» (причем среди приверженцев евангелических церквей эта цифра вырастает до 70%). А 45% американских христиан посещают службу в церкви каждое воскресенье.

Иными словами, мусульмане приняли ровно тот же уровень религиозности, что и люди вокруг в принявшей их стране. То же самое мы наблюдаем и во Франции, где пятая часть мусульман – атеисты, и лишь 5% регулярно посещают мечеть. – Почти такая же статистика, как и среди французских христиан.

7. Бедные мусульмане бегут из перенаселенных стран на Запад.

На самом деле, беднейшие и самые перенаселенные исламские страны дают меньше всего эмиграции – и лишь малая доля этих мигрантов отправляется на Запад. Иммиграция исходит в основном из стран с наименьшим темпом роста населения, и обычно это иммиграция – не в соседние страны.

Мусульмане – далеко не крупнейшая группа иммигрантов, даже в странах, которые непосредственно прилегают к исламскому миру. В Испании, расположенной близко к бедным арабским государствам, лишь 13% иммигрантов являются мусульманами: большинство происходят из испаноговорящих стран по ту сторону Атлантики. В Великобритании мусульманами являются лишь 28% иммигрантов. И не похоже, что эти показатели будут расти.

8. Мусульманские иммигранты злы на окружающее их общество.

На самом деле, мусульманские иммигранты БОЛЕЕ довольны окружающим их миром и его светскими институтами, чем население в целом. Мусульманские иммигранты в США охотнее говорят, что они «удовлетворены своей жизнью» (84%), чем средний американец – 75%. В случае рожденных в Америке мусульман показатель вырастает до 90%. Даже среди мусульман в кварталах, где в мечети был совершен акт вандализма (участившееся явление), целых 76% опрошенных говорят, что их район – «отличное» или «хорошее» место для жизни.

Это ощущение часто «перерастает» в гордость. Например, 83% британских мусульман говорят, что гордятся быть гражданами Великобритании, сравните с лишь 79% британцев в среднем. Лишь 31% мусульман согласны с тем, что «лучшее у Британии уже позади» – против 45% согласных с этим заявлением британцев.

9. Мусульмане на Западе поощряют терроризм.

Вам, вероятно, будет страшно узнать, что 8% американских мусульман полагают, что удары по гражданским мишеням «часто или иногда оправданы», если цель справедлива, но сравните это с ответом не-мусульман в Америке – 24% из них заявляют, что такие теракты «часто или иногда оправданы».

Это отражено в большинстве крупных опросов. В масштабном исследовании на вопрос «являются ли атаки против мирных граждан морально оправданными», 1% французов, 1% немцев и 3% британцев ответили да; среди мусульман так ответили 2%, 0,5% и 2% соответственно. На вопрос, «оправдано ли применение насилия ради благородной цели», утвердительно ответили 7% французов, среди них – 8% мусульман; 10% германцев и менее 2% германских мусульман; 10% британцев и 8% британских мусульман. Может быть, результаты объясняются тем, что 85% жертв исламистского терроризма – мусульмане.

10. Мусульман стало так много, что теперь самое распространенное детское имя в Британии – Мохаммед.

Это правда – но это означает не совсем то, что вы думаете. В 2010 году, если свести вместе все 12 вариаций написания имени исламского пророка, новорожденных называли Мохаммедом гораздо чаще, чем любым другим именем.

Однако это, скорее, следствие моды на имена, чем чего-либо другого. Во множестве различных мусульманских культур ВСЕ новорожденные мальчики получают имя Мохаммед как официальное первое имя. А также среди многих уроженцев Запада, в особенности – белых англосаксов и черных христиан, наблюдался взрыв числа оригинальных имен для младенцев. В 2011 году представители этих групп называли своих детей необычными именами на 50% чаще, чем это было поколение назад.

В результате имя Мохаммед стало именем «номер один», не являясь при этом настолько распространенным – в 2010 году все малыши, названные в честь исламского пророка Мохаммеда, составили лишь 1% от всех британских новорожденных.

http://inosmi.ru/world/20120911/198980393.html

10 Myths About Muslims in the West

22 февр. 2012 г.

Ошибка или намеренная манипуляция?

В начале февраля сайт Newsru провел опрос среди израильской русскоязычной аудитории. Темой опроса стало сравнение двух волн репатриации в конце 20-го и в начале 21-го века. По результатам опроса опубликован резюмирующий материал: Репатрианты XXI века, их отличия от "большой алии". И всё бы ничего но, в самом конце публикации говорится следующее:
Почти 26% репатриантов XX века и более 29% репатриантов XXI века хотят уехать из Израиля.

Цифры впечатляют. К тому же это последние цифры всего вороха данных, а как мы знаем от Штирлица, человек запоминает именно последнее из того, что слышал.
После прочтения такого материала мало кто отправится к странице самого опроса, хотя на нее и дан линк. Если кто-то все же и щелкнет по этой ссылке, он увидит графически неудобочитаемую таблицу и почти наверняка не дойдет до ее конца. А между тем в конце его ждет сюрприз: оказывается, на самом деле уехать из Израиля хотели бы 17.3% респондентов, репатриировавшихся до 2000 года включительно, и 6.9% респондентов, репатриировавшихся после 2000 года.

Не хочется, конечно, повсюду видеть заговор, но и наивным быть тоже не хочется. Русский сектор не принял участия в летней волне протестов. Так почему бы не намекнуть ему, что он хочет уехать из страны?

24 мая 2011 г.

Отъезд с отягощающими обстоятельствами

  Отъезд с отягощающими обстоятельствами
Средний класс бежит из России
Полный текст

По данным главы Счетной палаты РФ Сергея Степашина, за последние три года из России в эмиграцию уехали 1 млн 250 тысяч человек — главным образом, бизнесменов и представителей среднего класса. Получается, что нынешняя волна эмиграции из страны почти столь же масштабна, как и первая, случившаяся после октябрьского переворота 1917 года, — тогда выехало около 2 млн человек. Почему из России уезжают и можно ли остановить исход?

Валить с концами

«Надо валить отсюда, хоть тушкой, хоть чучелком», — написал недавно один из пользователей Facebook: эта фраза стала крылатой в интернете. Социологи подтверждают: эмиграционные настроения сегодня посещают каждого второго представителя среднего класса. «Левада-Центр» выяснил: 50% россиян мечтают уехать из страны, причем, две трети — люди младше 35 лет. 63% опрошенных хотели бы, чтобы их дети учились и работали за границей.

Статистика подтверждает данные социологов. Депутат Госдумы от «Единой России» Владимир Груздев (в прошлом — владелец сети «Седьмой континент) утверждает, что в 2010 году число индивидуальных предпринимателей снизилось с 4,61 до 4,11 миллиона человек. То есть, 500 тысяч бизнесменов «закрыли лавочку», причем большинство из них, считает Груздев, уехали из страны. Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа ФБК, уверен, что цифру бизнес-эмигрантов надо увеличивать в два, если не в три раза: «У многих людей остается гражданство, квартира в России, и хотя вся семья давно живет на Западе, в эмигрантскую статистику они не попадают».

Владислав Иноземцев, директор Центра исследований постиндустриального общества, приводит следующие данные: опросы в вузах показывают, что 45% выпускников не исключают возможности уехать, а почти половина из них твердо намерены добиваться отъезда. «Детишек отправило за границу около трети представителей крупного и среднего бизнеса, — говорит Антон Данилов-Данильян, председатель Экспертного совета «Деловой России». — Для начала их вывозят как бы поучиться, а уж вернутся-не вернутся, зависит от того, как здесь будет развиваться ситуация».

На все четыре стороны

Местом паломничества бизнес-элиты в последние годы стали европейские столицы — в первую очередь, Лондон и Вена. По оценке Игоря Вдовина, председателя правления Национального агентства прямых инвестиций, только в одну Великобританию с начала финансового кризиса в 2008 году из России уехало около 200 тысяч российских граждан.

Большинство из них — люди образованные и состоятельные. «Бизнесмены покрупнее предпочитают Лондон, — подтверждает Яна Яковлева, глава НП «Бизнес-солидарность». — Его же выбирают те, кто пытается избежать заказных уголовных дел, отбора собственности, поскольку Великобритания таких граждан «не выдает».

На Лондон указывает и Николай Коварский, сопредседатель Клуба 2015: «Это и деловой центр, и хорошее образование для детей, и английский язык. Есть те, кто выбирает Израиль, — чаще всего по зову крови. Некоторые едут во Францию или Италию — просто любят эти страны с их лазурными берегами, хотя там довольно жесткие требования к иностранным бизнесменам». Впрочем, Лондон, несмотря на то что русская община там постоянно растет, для многих не идеальный выбор, считает Игорь Николаев: дорого жить, сильна конкуренция, а прибыль невелика — не сравнить с той, что «делают» в Отечестве. Сложнее всего там приходится тем, чей предпринимательский успех вырастал из дружбы с губернаторами или правительственными чиновниками.

Многие уезжают «по цепочке», замечает Ольга Крыштановская, руководитель Центра изучения элит Института социологии РАН: «Людям проще эмигрировать группами: легче выжить. Поэтому один уезжающий бизнесмен иногда тянет за собой целую «команду»: уехал сам, перевез семью, потом рассказал друзьям и партнерам по бизнесу, что там хорошо». По данным Владислава Иноземцева, вид на жительство в странах ЕС и США имеют уже 4 млн россиян. Российских квартир и домов сегодня в Великобритании более 400 тыс., в Германии — около 350 тыс., во Франции — не менее 250 тыс. Те, кто не так богат, но имеет некие накопления и хочет создать небольшой бизнес — ресторан, отель, — уезжают в Черногорию, Болгарию, Хорватию, Словению, говорит Яна Яковлева. По ее словам, в отличие от России там инвесторов приветствуют, понимая, что они несут в страну прибыль.

Ученые и инженеры экстра-класса, по словам Игоря Вдовина, едут в США, где наилучшим образом поставлена «охота за головами». География миграции узких специалистов много шире: тут и бывшие страны СССР — Украина, Казахстан и другие. «Многие российские профессионалы, не находя себя на родине, оказываются востребованы там, где их воспринимают как представителей бывшей метрополии», — поясняет Вдовин. Дауншифтеры же едут релаксировать либо в страны Восточной и Южной Европы — от Чехии до Греции, либо в Индию, Китай, на Тайвань. Бурно развивающаяся Юго-Восточная Азия, замечает эксперт, в будущем станет наиболее привлекательным местом для бизнес-эмиграции.

Риски

Массовые отъезды, естественно, больно бьют по экономике: «Количество людей, готовых заниматься бизнесом, сокращается, — констатирует Наталья Зубаревич, директор региональной программы Независимого института социальной политики. — У целого поколения отбивают интерес к этому делу, а новое поколение к бизнесу не приспособлено. В итоге мы наблюдаем инвестиционный спад». Впрочем, основные негативные последствия бизнес-эмиграции еще впереди, уверен Дмитрий Орешкин: это деградация человеческого капитала. «Проблема с каждым годом будет ощущаться все острее, — убежден политолог. — В России 14-15% населения имеют высшее образование, а среди отъезжаюших — свыше 40%. То есть в составе отъезжающих в три раза больше квалифицированных, конкурентоспособных людей».

Между тем, именно отток квалифицированых кадров — самая большая проблема, считает Игорь Вдовин. «С каждым годом растет число сфер, в которых профессиональный рост человека с какого-то момента становится невозможным, если не переехать из России в другую страну или сменить языковую среду. Более того: можно стать «трудовым мигрантом», физически оставаясь в стране». Сегодня по этому пути идут многие российские инженеры, которых нанимают на условиях аутсорсинга западные компании, констатирует Вдовин: «В сфере высоких технологий, в IT существуют целые команды инженеров, программистов, ученых, годами работающие на западных заказчиков, не выезжая из страны, но при этом практически ничем, кроме физического местопребывания, с ней не связанные». В то же время в российских компаниях растет кадровый голод и все труднее найти людей с нужными компетенциями. Это приводит к неестественной гонке зарплат, «перекупке» компаниями одних и тех же специалистов друг у друга и, в конечном счете, бьет по конкурентоспособности самих компаний.

Правда, Ольга Крыштановская не видит в эмиграции среднего класса большой трагедии: «Мир и экономика становятся глобальными, открытое общество подразумевает, что мы постепенно становимся людьми мира». Солидарен с ней и Игорь Вдовин: «Люди, которые посмотрели мир, поработали в других странах, прикоснулись там к новым знаниям и технологиям, но при этом остались носителями русского языка и не оборвали связей со страной — это в потенциале может быть огромный, сильно недооцененный сегодня капитал», — уверен Вдовин. Если, конечно, суметь им правильно воспользоваться.

А вот Дмитрий Орешкин этого оптимизма не разделяет: «У всех перед глазами примеры Чичваркина, Ходорковского, Гуцериева, Лужкова, с каждым из которых разбирались «по понятиям». Ощущение тотальной коррупции не покидает. Значит, нужно в первую очередь разрушить вертикаль власти, очиститься от коррупции и провести честные выборы». Однако репутационный капитал властью уже растрачен: «Даже при соблюдении всех этих условий потребуется минимум лет пять, чтобы люди за границей поверили, что в России ситуация для бизнеса изменилась в лучшую сторону», — говорит Орешкин.

Полный текст

LinkWithin

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...